«Тот самый сантехник. Трилогия (СИ)»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Но додумать не дали. В дверь снова застучали. И девушка рыжая, да молодая даже сама в глазок заглянула, отчего их глазища на миг встретились.

В сердце как кольнуло!

Глазок тот глаз увеличил в разы, ещё очки добавили резкости. Отчего Стасян на радужную оболочку на миг посмотрел и от удивления её глубины «ой!» сказал.

Сказал только как следует. По-мужски.

По ту сторону, конечно, услышали. И давай снова стучать. Стучат и стучат. И не помогает большая толстая дверь ничуть. Потому что дверь-то поставили, а про звукоизоляцию по периметру забыли. Даже порог плохо замазан. Сквозит из всех щелей.

Понимая, что скрываться дальше бесполезно, Стасян пожал плечами и дверь ту распахнул. Всё равно ключей нет и замков внутренних не предусмотрено. За ручку дёрнут если – сами зайдут. Боря с ключами ушёл. Замки бесполезны.

– Ой, здравствуйте, – раздалось от девушки в шапке сразу.

Той, которой в душу заглянул. Ведь глаза – это зеркало души. Даже если то зеркало запотело или брагой залито, не важно. Классики херни не скажут, да и дизлайка им давно не поставить.

– Хай, – почему-то ответил Стасян, как владелец евро и остро пожалел, что луком не заел. Изо рта как из помойки пахнуло. А всё долбанная подлива в консервах. Такую и не всякий чеснок перебьёт.

– А вы верите в бога? – продолжила она, улыбнувшись и поближе к груди книгу объёмную прижимая вместо респиратора. Очки только поправила на переносице. Не запотевшие, но лоб взмок от духа. А может и от нервов. Всё-таки женщины – существа загадочные. Таинственные даже. И мама точно говорила, что любят таких же мужчин.

Потому Стасян как стоял в халате с кошачьими консервами в руках, так и застыл. Человек-загадка. Ничего не изменилось внешне. Член только из-под края халата сначала торчать начал, потом даже топорщится вздумал. Уж больно девушка хорошая. А то из ласки по жизни только кошки. Да и тех самих гладить приходится. А как когти выпустят в ответ, так уже бой вместо прелюдии получается.

Но Станислав, как его метко называла мама, когда лицо зелёнкой мазала, кошек любил не панинской любовью, а простой, человеческой. И точно знал, что если девушки в старости котов заводят, то он наверняка умрёт с кошкой в обнимку.

Эта шерстяная шкура ведь даже скорую не вызовет. Еще и возмущаться начнёт, что не покормил по причине смерти скоропостижной.

Но решив, что до старости прям тянуть не стоит, (сердце уже сейчас из груди выпрыгивало), Стасян консервами лоб почесал и ответил вполне по-философски, но почему-то с акцентом:

– Не важно, верю ли я в бога. Главное, чтобы он верил в меня, – добавил он с заточкой аристократа, получившего по роже лопатой, оттопырив при этом мизинчик на вилке и удерживая кус чего-то похожего на мясо.

Всё-таки у него кот «британец» был. По матери. Ну а что по отцу – дворовый, так кто об этом знал? Хвост пушистый, репейники собирает и хватит на этом играть в родословную. Если про человека говорят – «главное, чтобы человек был хороший». То котику и этого не нужно. Он просто может быть. Как факт.

Глаза девушки тут же округлились. То ли богохульника увидела, то ли халат топорщится начал очень явно. А может и британцы ещё удивляли. Что страшные все как смерть с зубами словно в центрифуге побывавшими – это одно. А что на районе поселились на территории секты свидетелей последних дней старейшины Алагаморова – совсем другое.

Бизнес есть бизнес.

Женщина в берете так сразу из-за двери выскочила, перестав соседей в глазок разглядывать, как бесперспективных. Унюхав сюрстрёмминг и заслышав акцент, она тут же решившись напомнить напарнице, что понаглее надо быть с такими людьми. Всё-таки иностранцы. Это свои – олухи. Улыбнёшься такому, он и растает. Но итог один - всё равно все в аду сгорят, кто не из их общины.

А пока не сгорели все, кого старейшина не целует наедине при причастии, и доживают последние деньки охламоны, истинной веры не познавшие, нервируя членов общины, ухо востро надо держать со всеми.

Но аналитика старшей по паре работала как надо. Она же и подсказала, что если у грешников деньги на дверь толстую есть, то на храм божий точно найдутся. Ну или хотя бы на лавочку возле него. Тут уж как повезёт.

Стасян кашлянул. Не то, чтобы его прошибло от запаха гипотетической консервированной сельди. Он и не таким незамерзайку, пролитую по лому с электролитами, закусывал. Но как выскочила более опытная женщина в делах НЛП-милостыни и гипно-убеждения толкнула подругу, замешкался.

А та ещё главное, что чтобы цыганский эффект попрошайничества выдать, как давай воздуха в рот набирать, чтобы посильнее возмущаться начать. Но осеклась сразу. Глаза без очков только за нижний край халата зацепились. А там багровое что-то торчит, однообразное. На фоне зелёнки на ноге.

А торчит, потому что крановщик уже понял, что дама в берете – опытная. А это дороже молодости.

Возбуждения процесс запущен оказался моментально. Не остановить его никак уже. Первый кусок консервов как достиг желудка, так сразу, видимо, и сил предал. В жар даже бросило. И выпить захотелось.

А как выпил в уме, да закусил по сути, так боец нижних войск в бой и приготовился! Нацелился на новую претендентку на счастье. Тыкает даже. Того и гляди залп даст вхолостую. Да не было пока команды.

Зоркая претендентка на выстрел покраснела сразу. Когда уже вымрет это человечество за пределами их общины?

А задумываясь, плечом подругу и двинула. То ли поддержки запрашивая, то ли от удивления сильного отступившись. Вроде и хочет сказать, «ты зачем человека из душа вытащила? Халат жены только и успел что накинуть!». А не может. Потому что картинка перед глазами растёт и крепнет. Аж слюноотделение началось.

Первая, глазастая, и в шапочке, даже поговорливее оказалась. Очки только поправила, вниз посмотрела мимоходом и с восклицанием:

– О, мой бог! – полшага вперёд сделала от рывка вероломного сзади.