Читать книгу «Тот самый сантехник. Трилогия (СИ)» онлайн.

– Как чего? – ответил мужик и разъяснил как по полочкам. – Люблю же тебя крепко. Давай что ли уже… мальчика сделаем. И в трёшку переедем. Один хер денег ни на что не хватает, пока Европа там умирает и штаты корчатся в агонии. Так пусть не хватает хотя бы с комфортом.

– Скажешь тоже.

Жена, сколь бы не была по жизни сурова, только хихикнула. Как от такого предложения отказаться? Вроде и забудет утром, что на ночь глядя обнадёжил, а всё равно приятно.

Прикрылась дверь в спальню плотно. В детской замерли, словно спят все. Старшая тут же поднялась, чтобы закрыть и их дверь. И снова сделала вид, что ничего подозрительного не слышит. А на все вопросы отвечала односложно – «ну что ты такое говоришь? Это у меня музыка в телефоне играет, тебе послышалось».

Точно знала старшая, что минут десять-пятнадцать на перезагрузку у родителей есть. А позже придёт дядя Боря и снова всё починит. Вот вырастит ещё на пару лет и обязательно за него замуж выйдет. Он всё-таки ей шоколадки дарит и тепло улыбается, а не то, что сверстники, с которыми и поговорить-то не о чем.

Глава 2 - Разговор у лифта

Боря отключил связь и вздохнул. Двенадцатый час ночи. Они с напарником только пересекли порог съёмной квартиры. С небольшими пакетами с продуктовым набором. Желают о простом: перекусить, помыться и баиньки.

Мужикам после тяжёлых трудовых будней не до баб и кутежей. Им бы быстро поужинать полуфабрикатами полуночными и отключиться часов на шесть, а если повезёт, то и на семь.

Но не тут-то было!

Звонок застал, когда в туалет наперегонки бежали. Напарник сделал ставку на лифт и проиграл. Боря по лестнице быстрее успел. Сила привычки. Для здоровья полезная нагрузка и по жизни выручающая привычка.

Волка ноги кормят.

Не то, чтобы он рвал всех вокруг, кого видел, но волчицу искал. А порой точно выступал в роли «санитара леса». Хоть лес и каменный, оленей и лис в нём хватает. Одни просят помочь в силу природной тупости, другие хитрят и давят на больное, ссылаясь на семьи, детей, работу и обстоятельства.

Своя рубаха ближе к телу и частная жизнь сантехников их не интересует. Как и время обращения.

– Олаф, можешь не разуваться, – первым выполнив намеченный план под мощным напором, заявил русский наставник и по плечу коллегу немецкого похлопал. В силу привычки руки перед тем действием помыть забыв.

– Что такое? – устало обронил коллега.

– Оставь пакеты, идём. Тут недалеко. Мы быстренько. Туда и обратно, – быстро ответил Глобальный и заявил важно. – Дело есть.

– Какое ещё дело, Борис? Рабочий день закончился шесть часов назад! – психанул напарник и проследовал в туалет, не разуваясь.

Первую неделю ещё держался в рамках приличия или бахилы обувал, а затем – как отшептали. То устал, то забыл, то «уже всё равно».

Привычка – вторая натура.

Боре всё чаще приходилось мыть полы вечером, поясняя, что никто им ради этого дела специально обученную женщину в переднике не выдаст. А женщина если и появится на квартире, то с кольцом на пальце. А на левом или правом – сама решит. Всё-таки русские – православные, а немцы – католики или протестанты, но так или иначе неправильно всё делают, начиная примерно от одиннадцатого века.

Придумали тоже: раскол церквей устраивать в 1054-ом, в гости с крестоносцами ливонского ордена в 1242 заходить помыться. Ливонская война, опять же 1558-1583 годов прыти им поубавила. Брусиловский прорыв им в 1916 году, видите ли, не понравился. А в 1941-1945-ом вообще многое закреплять в умах пришлось, что не одни они на белом свете жить могут. Да уже в начале 21 века повторять многие истины внукам пришлось.

В историю Боря углубился, пока Роман Петрович Новокуров билеты учил для получения Шенгена и все уши про них прожужжал. Как и про культурные особенности.

«Дома разуваться принято, что в России, что в Германии. В отличие от какой-то там Америки Соединительных Штатов, где как бы раз в месяц тротуары шампунем моют, а по сути дома так же грязно, как на улице. Потому как никто не будет пылесосить и мыть полы каждый день в помещении за сто квадратных метров и более», – пробурчал внутренний голос человека, который всегда в новым знаниям стремился. И тут же добавил: «Зато у них стены тонкие, на зимы наши не рассчитанные. Вот что значит – климат мягче. С другой стороны, как люди они там тоже расслабились и на кулачках нам не помеха, если сойдёмся».

Однако, история историей, а у домашнего очага погреться толком сегодня не удалось.

Обителью для Олафа и Бориса стала однушка в панельном доме, полученная от начальства «на квартал». То есть на срок, который можно перетерпеть отсутствие ремонта и голые стены или ужасные попытки тот ремонт сделать.

Главное, что батареи греют. И окна вставлены. Хоть и по «технологии двойного остекленения». Ей Глобальный охотно коллегу учил, вату подавая и самостоятельно ножом подпихивая между деревянными створками, где дуло особо, до дрожи стёкол.

Квартира как квартира. Не то, чтобы здесь раньше бомжи дрались за право посрать у стенки, но собаки точно жили, они же линолеум и погрызли. А люди они или животные, сразу и не понять.

Если одним выражением характеристику давать, то «квартира в неблагополучном районе».

Но район то их!

– Борис…