Голоса животных и растений: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Глава первая

ОСЛЫ… ОСЛЫ? ОСЛЫ!

Этот разговор — дело деликатное, ведь подчас ненароком можно задеть и кое-кого из конкретных особей рода человеческого. Поэтому заведомо оговорюсь: здесь речь пойдет исключительно об ослах, уже ставших известными благодаря истории, литературе либо лично знакомых автору, так сказать, об ослах вообще. Любое сходство описываемых животных с кем-то прошу считать случайным и неумышленным.

Об ослах писать неимоверно трудно — постоянно рискуешь сбиться на гротеск. Приходится выходить за рамки расхожих понятий и стереотипов мышления, вызывая на себя возможный гнев общественности в целом и отдельных граждан. Хотя гражданам куда разумнее было бы по-ученически вслушаться в голоса из прошлого: к примеру, усвоить совет Омара Хайяма, призывавшего не ждать пользы от мудрости своей. «Прикинься дураком — и больше пользы будет» — таким запал мне в память один из его рецептов счастья. К сожалению, у большинства людей чувство юмора повернуто острием от себя.

В реальной жизни, как и в мировой истории, осел выглядит существом гораздо более многогранным по характеру, даже привлекательным и обаятельным по нраву, то есть совсем иначе, чем образ, сложившийся в психологии среднего человека, попросту говоря — обывателя. Но не в пример последнему осел, по крайней мере, всегда старается быть самим собой.

— Быть ослом — тоже божий дар, — цитировал мне в середине 60-х годов старинную пословицу большой африканский писатель Сейду Бадиан Куйяте. В то время он был министром правительства президента Мали — Модибо Кейты.

Там, где ослов уважают

Есть на свете страна, где ослам живется более или менее вольготно. Это Кения. Порой их там воспринимают чуть ли не наравне с людьми и относятся подчас лучше, чем к людям. В Кении права ослов бдительно охраняет закон. К примеру, магистрат города Мойяле потребовал назначить наказание некоему Абди Хамзи — месяц тюремного заключения — за «оскорбление личности и достоинства осла». А весь сыр-бор разгорелся вот из-за чего. Упомянутый Хамзи имел в собственности осла, которого никакими уговорами и понуканиями нельзя было принудить работать. Однажды почтенный житель Мойяле просто вышел из себя, вконец рассердился на ленивое животное. «Иншалла! На все воля Аллаха!» — возопил он и схватился за кнут. Осел, быстро поумнев, почти тотчас сдвинулся с места. Но его хозяина в результате наушничества всеведущих соседей вполне в рамках местных демократических процедур привлекли к ответственности. Не выручили Хамзи ни ссылки на Аллаха, ни упоминания о заветах предков, по мнению которых «поцелуями да приветами осла не заставишь воду возить, а иногда и пить ее». Уже после оглашения приговора выяснилось: Абди Хамзи показал себя невеждой в отечественном законодательстве, таковое, в частности, не дозволяет применять меры физического воздействия к ослам, поскольку это животное почитается в ряде районов Кении.

Оно, конечно, так: осел — это вам не баран и не овца. В некоторых отношениях осел куда сообразительнее. Он и выберется самостоятельно из загона, и сам проникнет, если надо, в загон; недаром в Мойяле загулявшим допоздна детям говорят: «Осел и тот свое стойло не теряет». Осел не побредет подобно овце вместе с отарой туда, куда погонит ее чабан; не станет работать и не тронется с места, пока не поест. В отличие от лошади, безропотно выполняющей все повеления хозяина, он еще «поразмышляет», стоит ли ему слушаться. Однако если уж осел привяжется к хозяину, поверит в него, то сделается самым верным помощником и соратником, будет следовать всем приказам без каких-либо заметных проявлений чувств… Хамзи же целиком полагался на одну только палку.

В принципе по законам Кении вина за любое происшествие с ослом лежит на человеке. Как-то одно беззаботное животное по неведомым причинам разлеглось на железнодорожном полотне между Найроби и Момбасой… Судили потом и машиниста поезда, и владельца погибшего животного — но самого осла посмертно оправдали.

Ослам в Кении созданы довольно приличные условия, соответствующие понятию «социальной защищенности». В 80-х годах в районе Найроби — Лангаге открыта больница для ослов, а при ней — еще и профилакторий. В больнице и в профилактории есть отдельные палаты, пациентам которых прописывают усиленное, особо калорийное питание. (Молва доносит, что ослам местных крупных руководителей и именитых граждан выделяются спецпалаты.) Инициатором создания лечебницы стала международная организация «Всемирное движение в защиту прав ослов», штаб-квартира которой находится в Лондоне.

— Появление первой в Кении, Африке и, вероятно, в мире специализированной больницы для ослов обусловлено тяжелым трудом животных, высоким травматизмом на производстве и жестокостью хозяев к ним, — заявила на открытии лечебницы Элизабет Свендсен, лидер и учредитель «Всемирного движения в защиту прав ослов». — Заботливое отношение к ослам в среднем увеличивает дееспособный период их жизни на пять лет. Хорошо поставленный уход за ними принесет немалую экономическую выгоду развивающимся странам, широко использующим труд этих животных. Забота об ослах окупится сторицею. О людях — тоже…

Известно, что с первого дня работы больницы от занедуживших ослов нет отбоя. В лечебный центр их доставляет специальная служба, трижды в день объезжающая окрестности Найроби, включая близлежащие города, в поисках захворавших животных. Кроме того, их пригоняют к больнице и сердобольные владельцы.

Вслед за лечебницей в Найроби открылся профилакторий в Ламу. К услугам непарнокопытных пациентов там имеются операционная и шесть реанимационных палат. Сотрудники специализированной больницы и профилакториев совершают поездки по Кении, врачуя больных животных на местах. Добровольцы из «Всемирного движения в защиту прав ослов» выступают с лекциями об этих полезных животных, проводят такие мероприятия, как их перепись и диспансеризация.

— Конечно же осел не лодырь — просто он упрям и своенравен. Ослы, ишаки и мулы трудятся в поте «лица», — высказалась как-то в моем присутствии Элизабет Свендсен. — Они завоевали себе право на приличную жизнь. Учреждения в Найроби и Ламу, основанные нашей организацией, одни из первых в мире. Наша цель — улучшить условия существования ослов, продлить их жизнь. В развивающихся странах они в среднем живут 11 лет, против 37 в той же Англии. В цивилизованном Альбионе ослам легче, во Франции — тоже. Простите меня, но по соображениям такта умалчиваю о положении ослов в вашей великой стране. Особенно их беды усугубились после того, как Россия взяла курс на полную демократию. Думаю, дело не в общественном выборе — просто у ваших лидеров не доходят до бедных ослов руки.

Ошибочно, однако, полагать, что власти в Кении настолько благоволят к ослам, что у них там сплошные права и никаких обязанностей. Это отнюдь не соответствует действительности. Привилегии привилегиями, но и спрос с ослов в Кении больше, чем, допустим, со львов, бегемотов или даже со слонов. К ослам относятся так же, как и к другим гражданам: предоставляя ушастым животным многие из прав человека, от них требуют законопослушания. В 1987 году в городе Кайядо судья приказал посадить за решетку трех ослов и в гневе угрожал им — в том духе, что «они еще насидятся в тюрьме». За полтора года до этого события упомянутая дружная троица забрела во двор здания суда. Клерки терпеливо, но настойчиво гнали животных прочь со двора, упрямцы же неизменно возвращались на полюбившуюся им территорию. Не увенчались успехом попытки разыскать их владельцев.

Тут — в порядке лирического отступления от главной темы — остановлюсь на припомнившейся мне звездной ночи в малийской деревеньке, населенной народом бамбара. В промежутке между плясками под умопомрачительное неистовство тамтамов крестьяне спели ритмичную, заразительную старинную песню:

Эта забавная народная песенка бамбара дает некоторое представление о чувствах судьи из Кайядо. Особое раздражение у него вызывали пронзительные вопли нарушителей общественного спокойствия. Ко всему прочему проказники страдали от кожного грибка. Дабы унять зуд, они часами катались по траве посреди двора, нарушая тишину и мешая таким образом судебным заседаниям. Из-за подобных «упражнений» трава там постепенно вытерлась и исчезла. Это и погубило незадачливых хулиганов.

В один прекрасный день ослиные крики и клубы пыли, поднятые ушастыми озорниками, вынудили жреца Фемиды прервать важный процесс. Беспризорных хулиганов немедленно посадили на скамью подсудимых. Вердикт судьи был суров, но справедлив: тюрьма! Понятно, что и к вольнолюбивым ослам применима популярная в Африке поговорка: «Велика тюрьма, да охотников на нее мало» — звучащая по-русски как «Тюрьма — не мать родная». К счастью для потенциальных узников, дело затянулось. В яркой защитительной речи адвокат потребовал от суда милосердия и обязательного проведения медосмотра обвиняемых. Даже в случае, если те окажутся «практически здоровыми», юрист просил направить их в спецбольницу и созвать на консилиум психиатров; а поскольку для современной науки ослиная психика полна непроницаемых тайн и загадок, суд обречен был оказаться в юридическом тупике. Вместе с тем местные психиатры и судьи выяснили, что по ряду позиций психика ослов отличается от человеческой, причем сравнение — не в пользу людей.

Другой типичный случай подобного рода имел место в Ламу. Водитель превысил скорость на одной из узких улиц этого островного городка на берегу Индийского океана. Тут же последовал приказ полицейского остановиться. Нарушитель испугался наказания — и припустил еще быстрее. В последний момент он скрылся от погони, в панике бросив на произвол судьбы свое средство передвижения — осла. Горемыку осла сутки продержали в полицейском участке. Лишь к вечеру следующего дня проштрафившийся лихач, некий Али, видимо пожалев свою «частную собственность», явился с повинной. Его действительно оштрафовали за превышение скорости и… за езду на осле. Передвигаться на ослах в Ламу запретил муниципалитет после нескольких наездов галопирующих «скакунов» на зазевавшихся прохожих: когда осел входит в раж, его иной раз не остановить — он несется во всю ослиную прыть, напропалую, чуть ли не зажмурившись.

Внимание кенийских властей привлек опыт Турции, где в городке Манагват, близ средиземноморской Анталии, устроены курсы для получения «прав на вождение осла». В течение получаса за надлежащую плату будущему наезднику, в частности туристу, расскажут о повадках ослов и обучат навыкам езды. «Ослиные права» выписывают на немецком, английском и русском языках, так что вряд ли Кения согласится на длительное отставание от Турции в столь важном деле…

Добродетельная ослица

Вполне вероятно, что осел стал спутником и слугой людей задолго до лошади, а быть может — и собаки. Почти наверняка цивилизации лошадей предшествовала цивилизация ослов, и — кто знает? — возможно, она когда-нибудь вернется, победит хотя бы в одной, отдельно взятой стране.

Не хочу утверждать, что ослы вдохновляли таких художников, как Фра Анджелико, Фра Филиппо Липпи, Амброджо Лоренцетти, Сандро Боттичелли и других магов кисти, но факт остается фактом — великие охотно рисовали ослов. И для этого у них были все основания. Осел далеко не глуп и к тому же трудолюбив, прилежен, умерен в пище: у него уйма ценных качеств, позволивших ему выжить на протяжении достаточно долгого и нелегкого периода истории нашей планеты. И среди них в первую очередь следует назвать — терпеливость. Наверное, по этой причине в Священном Писании образ осла ассоциируется скорее с духовностью, добротой, терпением и смирением, чем с чувственным, животным началом. Лошадь, чей образ обычно используется как синоним доброты и преданности человеку, в контексте Библии сеет вокруг себя ужас, смерть. Достаточно вспомнить четырех всадников Апокалипсиса. Одно из самых знаменитых библейских пророчеств содержит Книга Захарии: «Се, Царь твой грядет к тебе, праведный и спасающий, кроткий, сидящий на ослице и на молодом осле, сыне подъяремной. Тогда истреблю колесницы у Ефрема и коней в Иерусалиме». (Зах. I, 9.)

В десятой заповеди Божьей, отвергающей зависть как один из тяжких грехов, также упоминается об осле: «Не пожелай жены искренняго твоего, не пожелай дому ближняго твоего, ни села его, ни раба его, ни рабыни его, ни осла его, ни всякого скота его, ни всего, елика суть ближняго твоего». (Исх. 20, 17.)

В древности у евреев владение ослами было признаком богатства. К примеру, у библейского Иова имелось 500 ослиц. На ослицах белого цвета гарцевали почтенные люди. Сыны Израилевы предпочитали ослов лошадям. «Ездящие на ослицах белых, сидящие на коврах и ходящие по дороге, пойте песнь!» — создает собирательный образ этого народа Библия. (Суд. 5, 10.)

Младенец Христос лежал спеленатым в яслях, куда кладут сено для скота. Слева от Сына Человеческого был осел, справа — бык, что представляется весьма символичным. Здесь таится сокровенный смысл. Осел символизирует связь времен. Дело в том, что осел в древности нередко олицетворял языческий мир. Язычники порой чтили божество в образе осла. Утверждают, что евреи и первохристиане тоже поклонялись Богу, скрывавшемуся под личиной осла. Иначе не объяснить необычный рисунок на стене дворца римских императоров на Палатинском холме: человек молится перед распятым на кресте; у казненного — ослиная голова. Некоторые теологи толкуют присутствие осла у кормушки как образ идолопоклонствующих, невежественных и грубых народов, напоминающих это животное.

Деву Марию во время бегства из Иудеи в Египет изображают обычно с Сыном на руках и верхом на ослике, которого ведет святой Иосиф. Жизнь Богочеловека на грешной земле началась с того, что царь Ирод, преследуя цель погубить Иисуса, отдал приказ умертвить в Вифлееме и его окрестностях всех младенцев. И от злобы царя спаслись Мария с Сыном на осле — самом скромном неприметном из вьючных верховых животных.

В том странствии поражает еще то, что на всех картинах Пресвятая Дева едет с Иисусом на белом ослике, а рядом или позади шагает святой Иосиф. В те времена подобный порядок вызвал бы по меньшей мере изумление. Никогда ранее житель Востока — еврей, араб или египтянин — не шел за собственным ослом, на котором сидела женщина. Очевидно, что, по всем тогдашним канонам, на осле должен был восседать святой Иосиф, а его супруга с Сыном должна была брести за ним во избежание публичного скандала. А тут жена впервые едет на осле, впервые покорно не следует за мужем, оседлавшим животное. Христос внес новое в положение женщины.

Торжественный вход Иисуса Христа в Иерусалим состоялся накануне праздника опресноков. Для этого ему привели ослицу и молодого осла, и Иисус сел на него. «Чтобы отметить, что Церковь Его не от мира сего, о чем Он позже сказал Пилату, Господь сел не на коня, как земные владыки, а на осленка, «сына подъяремной». (Православный катехизис. М.: Издание Московской патриархии, 1990. С. 32.) Тем самым Иисус подавал всем земным вождям пример скромности, кротости и смирения, которому они, надо сказать, и ныне следуют крайне редко. Явившись в миру как бы из «гущи народной», Христос оставался с народом, презрев все обиды и мучения. Правда, монахи-бенедиктинцы толковали в свое время этот выбор иначе. Ослик и сама ослица, утверждали они, воплощают синагогу, потому что подобно ослу, неразумному животному, обреченному носить тяжести, еврейский народ точно так же не смог постичь тайны Бога и пал жертвой Закона.

Скорее всего, осел был одним из первых транспортных средств человека. Фактически он может рассматриваться как прообраз автомобиля, парохода, авиалайнера и даже звездолета. Если бы первобытному человеку довелось увидеть в небе самолет, он, возможно, сказал бы: «Какой красивый осел летит!» В ветхозаветные времена люди странствовали, кочевали на ослах, поэтому последние были тогда ближе к человеку, чем другие животные. Думается, Библия относит осла к «нечистым» животным, мясо которых нельзя есть, только потому, что в описываемых там краях он слыл незаменимым носильщиком и скакуном. Запрет на употребление мяса ослов в пищу защищал этих животных и позволял им и далее с большой пользой служить людям. На ослах передвигались Авраам, Моисей, другие библейские патриархи, а также упомянутые в Библии цари, судьи. По слову Божьему Авраам на осле отвез сына своего Исаака на одну из гор в землю Мориа для жертвоприношения. «И посадите Соломона, сына моего, на мула моего», — так пожелал царь Давид. (3 Цар. 1, 33.) Прежде чем стать первым царем Израиля, Саул разыскивал потерявшихся ослов отца.