— Эта женщина…
— Мои дела с этой женщиной тебя не касаются.
И на этом все.
Страж открыл ворота и отшатнулся вместе со створкой к стене. Так, будто Эландер ударил его.
— У меня сложилось впечатление, что люди здесь редко с тобой не соглашаются, — пробормотала Кас, как только они скрылись из виду стража и его напарника.
Эландер не ответил. Его взгляд, хватка, молчание — все было сосредоточено на цели, какой бы она ни была, на том, куда он ее тащил.
Они проложили огромный отрезок пути в сторону от дворца.
— Мы выходим прямо через главные ворота, — выдохнула Кас, осознав.
— Это называется прятаться на виду.
— По моему опыту, это буквально никогда не срабатывает.
— Однако у тебя нет такой власти и магии, как у меня.
— Ты очень высокого о себе мнения, да?
— Как же иначе. Я снова и снова превышаю эти высокие стандарты.
Кас закатила глаза, но ускорила шаг, пока не оказалась рядом с ним. Какая-то глубоко сокрытая ее часть немного завидовала — и была впечатлена — той неумолимой уверенности, которую он, казалось, нес с собой, куда бы ни пошел.
Какая-то очень глубоко захороненная часть ее.
— Ты объяснишь мне, почему выводишь меня из этого места, хотя сам же и втянул в это?
— Сейчас не время для этого, — пробурчал он.
Она должна была признать, он прав; в этой части дворцовой территории было много людей. Несколько слуг ухаживало за цветами, в то время как другие приветствовали гостей, которым только что разрешили пройти через главные ворота. То тут, то там, была горстка стражей, и все они казались туго натягутыми, едва сдерживаемыми, готовыми к действию при малейшем неверном движении; они перешептывались, время от времени поглядывая вдаль, на дым, змеившийся к барвинковому небу.
Кас задавалась вопросом, сколько пожаров Зев разжег своей магией. Это совсем на него не похоже — полагаться на магию; это слишком рискованно. И использовать ее здесь, из всех мест…
Благополучно ли все они ушли, создав для нее отвлекающий маневр?
Или они ждали, чтобы решить, как поступить дальше? Общение с помощью Сильверфута и его магии имело свои ограничения; Рея могла видеть, что происходит, но звуки — произносимые слова — не всегда передаются так четко. Как и мысли лиса. Иногда Рее удавалось читать по губам, которые видел Сильвер… но что она сможет сделать с тем, что сказал Эландер, даже если ей удалось прочитать его по губам?
Ее беспокойство за них продолжало греметь в голове, даже когда Кас переключила свое внимание на насущные проблемы, на то, что взгляды оборачивались и следовали за ней и Эландером, когда они проходили мимо. И снова люди шарахались от Эландера после того, как он произнес всего несколько спокойных слов, в которых чувствовалась сила и целеустремленность. Кас показалось, что, возможно, она почувствовала, как пульсация его магии не один раз усиливалась, хотя было уже не так холодно, как раньше. Или, может, она уже немного привыкла к этому.
Они были почти у главных ворот, когда Эландер внезапно замедлил шаг и выругался.
— Что такое?
Он вздохнул, опять взял ее за руку и мягко остановил. И тогда он, наконец, ответил на один из ее предыдущих вопросов:
— В этом дворце есть по крайней мере один человек, который когда-либо со мной не соглашался.
Прежде, чем она успела спросить, кто этот человек, он указал на него.
Кас проследила за его взглядом и увидела мужчину, выходящего из высаженной розовыми кустами дорожки слева от них. С каждым его шагом по ее коже все сильнее пробегали мурашки страха.
— Беги обратно к Рее, — прошептала она лису на своем плече, который на мгновение потерся щекой о ее щеку, и спрыгнул вниз, умчавшись прочь. Он был умнее большинства созданий. Черт, он был умнее большинства знакомых Кас людей.
А любой умный человек понял бы достаточно, чтобы бежать от приближающегося к ней сейчас мужчины.