В тексте пять микротем. В первой представлен горький голос утраты. В. Некрасову тяжело осознавать, что человека, которого он любил и который был его другом, уже нет. Во второй — рыцарство А. Твардовского. В. Некрасов искренне восхищается этим его качеством. Из третьей микротемы мы узнаем о первом знакомстве автора с Твардовским. В. Некрасов бережно и с любовью описывает каждую маленькую, казалось бы, даже незначительную деталь их встречи. Это опять же говорит о бесконечной любви и об огромном уважении Некрасова к своему другу. Через четвертую микротему автор сообщает о людях, нелюбимых и непереносимых А. Твардовским. И, наконец, в конце В. Некрасов еще раз признается в своей огромной любви к человеку, с которым его случайно столкнула судьба и который сыграл огромную роль в его жизни.
Предложения в тексте связываются между собой при помощи цепной или последовательной связи. Они соединяются при помощи местоимений («Твардовский» — «с ним» — «он» — «его» — «ему» — «в нем»). Можно выделить такие семантические и ассоциативные связи: «общение было интересным» — «не старался казаться умнее» — «чувствовалось его превосходство» — «побежденным признавать себя» — «делал это по-рыцарски». Здесь также используются и элементы параллельной связи.
Данный отрывок — текст публицистического стиля, написан ярким, образным, но в то же время понятным и доступным каждому языком. Используется лексика разговорной речи. Например, В. Некрасов запросто называет А. Твардовского — Трифоныч. Тип речи — описание. В начале отрывка В. Некрасов дает общее представление о человеке, затем он описывает и рассказывает об отдельных особенностях характера и поведения этого человека, в конце представляет свою оценку этого человека, т. е. А. Твардовского.
В. Некрасов использует многочисленные языковые средства выразительности. В тексте присутствуют яркие эпитеты ( «светлоглазый» ...), ряды однородных придаточных («Трудно писать о человеке, с которым недавно расстался, которого любил... <...>... доброжелательно меня разглядывал, а это всегда смущает, потом огорошил вопросом»), деепричастные и причастные обороты («Глядя прямо в глаза, много уделяющих себе внимания»), инверсия («Это всегда привлекало меня к нему »). Все это и создает ту образность и яркость текста, о которой я говорила выше.
Прочитав этот текст, так же, как и В. Некрасов, проникаешься глубоким уважением к человеку с таким характером. Твардовского можно не любить, можно вообще не воспринимать, но нельзя его не уважать. К сожалению, такие люди стали все реже и реже встречаться в нашем современном обществе. Трудно сказать почему. Люди стали лживее и эгоистичнее. Мне кажется, что человечеству уже давно пора забить тревогу и попытаться что-то изменить. И, говоря словами из знаменитой поэмы А. Твардовского « По праву памяти», возможно, тогда мы сможем стать
(1) Уверен, что человек рождается со способностью откликаться на чужую боль, думаю, что это чувство врожденное, данное нам вместе с инстинктами, с душой. (2) Но если это чувство не употребляется, не упражняется, оно слабеет и атрофируется.
(3) Упражняется ли милосердие в нашей жизни?.. (4) Есть ли постоянная принуда для этого чувства? (5) Часто ли мы получаем призыв к нему? (6) Вспомнилось, как в детстве отец, когда проходили мимо нищих, а нищих было много в моем детстве — слепых, калек, просто просящих подаяние в поездах, на вокзалах, на рынках, — отец всегда давал медяк и говорил: «Поди, подай». (7) И я, преодолевая страх, — нищенство нередко выглядело страшновато, — подавал.
(8) Иногда преодолевал и свою жадность — хотелось приберечь деньги для себя, мы жили довольно бедно. (9) Отец никогда не рассуждал, притворяются или не притворяются эти просители. (10) В самом ли деле они калеки или нет. (11) В это он не вникал: раз нищий — надо подать.
Как теперь я понимаю, это была практика милосердия, то необходимое упражнение в милосердии, без которого это чувство не может жить. Должны быть какие-то обязательные формы проявления милосердия человеческого. Не ради упражнения, а потому, что немало есть в жизни нашей людей, которым необходимы сострадание и помощь.
Текст Даниила Гранина относится к речи публицистического стиля, представляет собой рассуждение, состоит из трех композиционных частей затрагивает одну из вечных проблем человечества, построен по Сократу, так как включает в себя тезис, вопрос и ответ. Писатель уверен, что человек приходит в мир способным сострадать, творить добро.
Три риторических вопроса, заданных Граниным и соединенных между собой цепной связью, указывают на особую значимость поднятой проблемы, заставляют задуматься, как сохранить в себе милосердие на всю жизнь. Эпитет «постоянная принуда», на мой взгляд, используется автором для того, чтобы показать, что воспитание чувства милосердия — большой труд души.
Особенностью текста является употребление автором вводных и бессоюзных сложных предложений. При помощи них он обосновывает свои мысли, воздействует на читателя, убеждает его в важности поднимаемой проблемы. Используя однородные члены «практика милосердия», «упражнение в милосердии», писатель утверждает, что милосердие само по себе не возникает и не проявляется единожды, а формируется благодаря постоянной работе над собой.
Композиция текста отражает преемственность поколений. Можно увидеть, что отец писателя смог сохранить главное человеческое качество — милосердие и передать его сыну.
Необходимо отметить, что текст, написанный в 80-е годы, актуален и в наши дни. Нищих было много в детстве писателя, много и сейчас — калек, слепых, просто просящих подаяние на рынках, у церквей, в метро, а потому так необходимы сострадание и помощь в разных проявлениях.
(1) Кедр живет пятьсот пятьдесят лет. (2) Миллионами своих иголок-листьев днем и ночью он улавливает и накапливает в себе светлую энергию, весь спектр ее. (3) За время жизни Кедра над ним проходят все тела, отражающие светлую энергию...
(4) Даже в маленьком кусочке Кедра, благодатной для человека, энергии больше, чем у всех рукотворных энергетических установок на Земле, вместе взятых. (5) Кедр принимает исходящую через Космос от человека энергию, хранит и в нужный момент отдает. (6) Отдает, когда ее недостаточно в Космосе, а значит, в человеке, во всем живущем и растущем на Земле...
(7) Встречаются, но очень редко Кедры, которые накапливают, но не отдают обратно накопленную энергию. (8) Через пятьсот лет своей жизни они начинают звенеть. (9) Так они говорят своим тихим звоном, так они подают знак, чтобы взяли их люди, спилили для использования накопленной энергии на Земле. (10) Так Кедр просит звоном... (11) Три года просит... (12) Если не соприкоснется с живыми людьми, тогда через три года, он, лишенный возможности отдавать накопленное через Космос, теряет возможность отдавать ее непосредственно человеку. (13) Тогда он начинает сжигать энергию в себе. (14) Этот мучительный процесс сжигания — умирания длится двадцать семь лет...
(15) Недавно мы обнаружили такой Кедр. (16) Мы определили: он звенит уже два года. (17) Тихо звенит. (18) Очень тихо. (19) Может быть, старается на большее время свою просьбу растянуть, но ему остался еще только один год. (20) Его нужно спилить и раздать людям...
Отрывок из художественно-публицистического произведения Владимира Мегре «Анастасия» представляет сбой интересную и оригинально построенную притчу, вызывающую у читателей самые добрые побуждения и чувства. Основная тема этого теста — описание свойств сибирского Кедра, отражающего светлую энергию. Есть и несколько микротем: связь человека с природой, космосом. Но в глубине этого текста имеется уникальная мысль, высвечивающая главную проблему данного отрывка: каждый человек должен излучать светлую энергию, творить добро, он, хозяин всего живого и неживого на земле, должен всегда поступать разумно. Ведь именно человека ждет Кедр, чтобы отдать свою силу, могущество, красоту. Ждет... Тихо звеня. Очень тихо, растягивая свое пребывание на земле.
Я думаю, что текст относится к такому типу речи, как повествование. Он состоит из 4 абзацев и имеет свою композицию: 1) вступление — описание свойства Кедра; 2) развитие действий — связь Кедра с человеком и Космосом; 3) заключение — тихое ожидание Кедра встречи с добрым человеком, чтобы передать свое свойство.
Интересна и оригинальна художественная форма данного отрывка. В основе его представлены главные слова: имена существительные («Кедр», «человек»), глаголы несовершенного вида («улавливает», «накапливает», «принимает», «отдает», «звенит», «старается»). Между ними есть какая-то связь, чувствуемая и читателем. В каждом случае слово «Кедр» написано с заглавной буквы. Мне кажется, так автор написал потому, что он вкладывает в свойство дерева огромный смысл. Но самое главное в тексте го, что автор использует такую метафору, как «звенит», она пронизывает весь отрывок, кажется, что на самом деле есть такой кедр, ог которого идет свет, к нему хочется прикоснуться, обнять его.
Кроме этого, в тексте 5 раз используется такая стилистическая фигура, как умолчание. Автор тем самым заставляет читателя думать о своем предназначении.
По-моему, в произведениях редко говорится о том, что живое нужно губить, тем более многовековой кедр, но в данном случае другой факт: срубить, взять у природы то, что она дает, и вернуть в тысячи раз больше доброго, так необходимого нашему противоречивому миру.
Под разговорным стилем речи понимают обычно особенности и колорит устно-разговорной речи носителей литературного языка. Разговорный язык сложился в городской среде, он лишен диалектных особенностей, имеет принципиальные отличия от литературного языка.
Разговорный стиль представлен как в устной, так и в письменной форме — записками, частными письмами.
Сфера разговорного стиля речи — сфера бытовых отношений, профессиональных (устная форма).
Общие признаки: неофициальность, непринужденность общения; неподготовленность речи, ее автоматизм; преобладающая устная форма общения (обычно диалектическая), возможен монолог.
Лексические особенности: употребление слов, имеющих разговорную окраску, а том числе бытового содержания; конкретная лексика; много слов и фразеологизмов с экспрессивно-эмоциональной окраской (фамильярных, ласкательных, неодобрительных, иронических). Ограничены: абстрактная, иноязычного происхождения, терминологическая лексика; книжные слова.