— А что там в парке?
— Кинотеатр под открытым небом. Я сто лет там не была. Там и хот-доги продаются, можно будет перекусить.
Скептически выгибаю бровь и хмыкаю. Двадцатилетняя девчонка хочет в кинотеатр под открытым небом? Мне не ослышалось? А как же дорогие развлекательные центры, бары с богатым выбором коктейлей или как минимум центральная улица с кучей напичканных бутиков? Я уже даже готов был не на шутку раскошелиться. Девчонка не глупая, поняла, что я хочу ей поднять настроение после того, как увидел ее всю перепачканной какой-то липкой дрянью. Другая бы на ее месте выжала мои карманы, как лаймовый сок в мохито, а она хочет хот-дог??
— Ты уверена, что не хочешь куда-нибудь в другое место? Я могу позволить себе и тебе в том числе незабываемый вечер, Элизабет.
— Он уже незабываемый, — взгляд из-под опущенных ресниц выстреливает в меня искренностью.
— Там может быть холодно, если лечь прямо на земле. На дворе уже осень.
— Ну и что? Мы попробуем умоститься там, а если замерзнем переберемся в машину, главное припарковать ее где-нибудь в удобном месте, и прямо отсюда посмотрим фильм, — Эль пожимает худыми плечами и с надеждой смотрит мне е в глаза.
— То есть ты без шуток хочешь именно туда?
— Да.
— Ну хорошо, убеди меня, что это действительно лучшее место для проведения вечера.
Светлые брови сдвигаются к курносому носу, пока она начинает обдумывать варианты. Я же просто издеваюсь и пытаюсь перевести наше общение в более лёгкую манеру. Это ее «мистер Митчелл» и испуганный вежливый взгляд порой напрягают.
— Мммм ну там вкусные хот-доги, свежий воздух, хорошие старые фильмы, которых сейчас почти нигде не крутят, — начинает перечислять Эль, сексуально прикусывая губу, но при этом даже не отдавая себе отчёта в том, как это выглядит. Я снова сдерживаю рвущийся напряжённый выдох.
— Не убедила, — качаю головой.
— А как мне вас убедить?
— Поцелуй меня.
Блядь, я сказал это вслух?
Цепляюсь взглядом за ошарашенное лицо Элизабет и прямо на моих глазах ее щеки стремительно краснеют. Магия, не иначе.
— Вы серьёзно?
— Если скажу, что да? Поцелуешь?
— Нет, — тонкие пальцы летают по джинсам в попытке зацепиться за что-то. Разнервничалась маленькая.
— Уверена? — я конечно затеял опасную игру, но мне так нравится как она борется с собой.
— Ну конечно. Вы же мой будущий отчим, — выпаливает и тут же отворачивается к окну.
Тянусь рукой, обхватываю подбородок пальцами и поворачиваю к себе лицом.
— Элизабет, я пошутил, расслабься. И называй меня Кевином.
Огромные глаза исследуют моё лицо с неподдельным интересом и я бы даже сказал скрытым восторгом. Торможу на красном и могу наконец пару секунд посмотреть на неё без того, что надо отвлекаться на дорогу.
Дьявол, какие у неё губы. Мы зависаем, глядя друг на друга. Малышка тяжело дышит и я уверен, поцелуй ее прямо сейчас, она поддастся и размякнет в моих руках. Такая маленькая и беззащитная.
Сзади раздаётся сигнал, похоже светофор уже переключился. Эль вздрагивает. Я выпускаю ее и берусь снова за руль.
— Мне нравится ваше имя. Спасибо, буду звать вас Кевин.
Мы приезжаем в парк, к специально отведенному месту, где уже припарковано несколько машин, а прямо перед экраном где не где расположился народ на пледах и с вёдрами попкорна. Покупаю малышке хот-дог и плитку молочного шоколада. Почему-то кажется, что она любит именно такой
Нам выдают плед и уже через минуту мы удобно устраиваемся на нем немного поодаль остальных зрителей. Я ложусь на бок, опираясь на локоть и наблюдаю за тем, как Эль поглощает хот-дог. Зрелище надо сказать не для слабонервных. Не хоти я ее так сильно, возможно не представлял бы на месте этой булки с сосиской свой член. А так фантазия подкидывает очень живые картинки того, как ее влажный робкий рот мог бы проделывать тоже самое со мной. Ох, мать же вашу. Это невыносимо. Ощущение, что вся кровь от мозга прилила к паху, и теперь член ведёт себя так, будто его окунули сразу в кетчуп и горчицу. Пиздец.