Желание спать пропадает мгновенно. Смыв салфетку в унитаз, избавляюсь от Миланы с губищами-варениками и со спокойной совестью заказываю себе завтрак. Богатырева ничем не разбудишь — ни официантом, ни телевизором. Даже, когда я, получив от администраторши телефонный справочник всех городских ресторанов и кафе, начинаю их обзванивать, он лишь переворачивается на бок, коряво скидывает с себя ботинки, натягивает угол одеяла на грудь и дрыхнет дальше.
У меня едва ли не целый день уходит на обзвон. Нигде официантки по имени Стеша нет. Меня уже одолевает предчувствие, что она могла уволиться, когда остается позвонить в последний ресторан — «Дуэт». Я нарочно пропустила его, понадеявшись не возвращаться в то место. Похоже, судьба уготовила для меня очередной сюрприз.
— Стелла, — отвечают мне. — У нас работает Стелла.
Стеллу тоже можно называть Стешей, а раз других вариантов нет, то остается проверить этот.
— Давно? — спрашиваю я.
— Года четыре как. А вы, собственно, по какому вопросу?
— Знакомые очень рекомендовали поужинать у вас в ее смену. Говорят, лучшая официантка.
— Это так. У нее как раз сегодня вечерняя смена. На кого забронировать столик?
Я гляжу на часы. Почти шесть вечера. Ничего себе — пролетел денек!
— На Богатырев… вых, — поправляюсь я и прикусываю язык.
Чтобы не показаться сестре какой-то шалавой, я изображу невесту Богатырева, а через неделю приглашу ее на свадьбу с Ярославом. Молодец! Выкрутилась.
— На восемь подойдет?
Оборачиваюсь через плечо. Богатырев смотрит на меня заспанными, хмурыми глазами. Проснулся!
— Да, идеально. Спасибо! — отвечаю и убираю телефон. Пришло мое время немного покомандовать. — Вставай! — приказываю я. — Через два часа мы с тобой ужинаем в «Дуэте».
Боже, не верится, что я опять тащу Богатырева в ресторан. Без всякого давления! Или это он приручает меня не замечать принуждения?
Улыбнувшись уголком губ, он обводит меня взглядом. Высокомерным, насмешливым взглядом. А потом расслабленно хрипит:
— Я так понимаю, сегодня меня обслуживает твоя сестра?
Глава 9. Платон
Убийственно красивая сука. Горючая смесь взведенного до предела напряжения, ярости и секса. Коктейль из гнева и страсти. Кроваво-красное вечернее платье, блеск крупных колец волос, сияние камней в белом золоте, отражение бликов света в туфлях. Проклятая чертовка. Захватчица. Богиня.
Кровь по венам разгоняется на опасной скорости. Стенки едва выдерживают. В голове треск, а перед глазами искры. Зубы рефлекторно скрипят. Знает, стерва, под каким соусом себя подать, чтобы напомнить о начинке.
Взмахнув ресницами, косится на меня взглядом кошки, напоминая об угрозе. Она во всем: в острых стрелках на глазах, в глубоком декольте, в разрезе на бедре. В походке, голосе, повадках. Во всем ее естестве! Это из нее не выдрать. Проще сразу убить. Себя…
Сжимаю кулак, гася в себе полыхающее желание намотать на него ее волосы, запрокинуть ее голову на свое плечо, сорвать с нее платье, в клочья его разодрать… И трахнуть ее — грубо, жестко, глубоко, так, чтобы в припадке хриплым стоном пела мое имя.
— Как твой жених отреагировал на нашу поездку? — интересуюсь с целью потрепать ей нервы, а заодно дать повод подумать о моральной ценности кольца на пальце.
— Командировку?
Бросаю на нее взгляд и снова переключаюсь на дорогу. Нельзя долго смотреть на эти чувственные губы и бугры упругой груди. И без того члену мало места в брюках.
Проболталась, дура. Не сказала ему правду. Подпитала какую-то дохлую иллюзию, а сама под меня вот-вот залезет. Вижу. Знаю. Чувствую. Она вовсе не течная сука из тех, с кем я обычно разгружался. Она хуже. Похоть в аппетитном обличии. Оголенная до основания. Грязный, необузданный грех, дремлющий в теле женщины с лицом ангела.
— Ярослав прекрасно знает, что я испытываю к тебе, — отвечает после недолгой паузы.
— Ты сама этого не знаешь. Как он может знать? — хмыкаю, улыбнувшись уголком губ, и лениво поворачиваю руль, въезжая на парковку «Дуэта».
— Ты прав. Я слишком лояльна к тебе, — парирует, растянув губы в ответной улыбке.
Сожрать бы эту яркую помаду с них, искусать до крови, заставить разомкнуться в рваных стонах.