Мозг в стадии разработки. Потрясающие факты об умственном развитии от зачатия до взросления: читать начало книги онлайн

• в прилежащем ядре (центр вознаграждения в нашем мозге);

• в черной субстанции (где вырабатывается дофамин – химическое вещество, связанное с мотивацией).

У матерей черная субстанция становится активнее, когда они видят предметы, связанные с детьми. Это, в свою очередь, связано с позитивными материнскими чувствами и взаимодействием матери и ребенка.

Активные области мозга

Миндалевидное тело в различных исследованиях снова и снова оказывается ключевой областью, которая связана с материнством. Его структура существенно меняется во время беременности. Исследования патологических изменений, в рамках которых изучается, как повреждения мозга влияют на поведение, показывают, что повреждение миндалевидного тела ослабляет материнские инстинкты. Еще одна интересная функция миндалевидного тела в вопросах материнства заключается в том, что активация этой области мозга помогает контролировать негативные эмоции по отношению к ребенку. Почти каждый родитель может представить себе (или вспомнить), насколько неприятно, когда ребенок плачет, а вы понятия не имеете почему и что с этим можно сделать. Это требует большого терпения и дальновидности, особенно в три часа ночи. Исследования показывают, что миндалевидное тело, область, участвующая в переживании эмоций, менее активна у матерей, способных спокойно справляться с такими ситуациями. Поэтому снижение ее активности может помочь в регулировании негативных эмоций, которые могут возникать в такие моменты.

Еще одна область, которая, по-видимому, сильно задействована в процессе материнства, – префронтальная кора головного мозга. Почти каждое фМРТ-исследование обнаруживает повышенную активность в этой области в ответ на стимулы, связанные с ребенком. Префронтальная кора головного мозга занимается, помимо прочего, сложным поведением, и давайте посмотрим правде в глаза: воспитание ребенка – довольно сложное занятие! Особенно если вы впервые с этим сталкиваетесь и не имеете ни малейшего представления о том, что вы делаете, – это слишком сложная задача, чтобы все шло по плану. Поэтому неудивительно, что префронтальная кора так на это реагирует.

Модель психического состояния человека и когнитивная эмпатия

Похоже, что эволюция заложила в мозг матери некую сеть обработки эмоций. Эта сеть полностью посвящена тому, чтобы замечать факторы окружающей среды, которые могут иметь отношение к безопасности и благополучию ребенка. Благодаря ей мамы автоматически и напрямую реагируют на потребности ребенка. С эволюционной точки зрения это невероятно важно. В наши дни жизнь относительно безопасна, но на протяжении всего существования человечества дела обстояли иначе. Поэтому наш мозг в основном сосредоточен на выживании, как у матери, так и у ребенка. Помимо способности разбираться в эмоциях, важнейшими навыками для матерей являются социальное взаимопонимание, способность моделировать психическое состояние окружающих и когнитивная эмпатия. Они связаны с пониманием потребностей, намерений и мыслей других людей и помогают матерям быстро и точно предсказывать потребности своего ребенка. В процесс вовлечены такие области мозга, как медиальная зона префронтальной коры и верхняя височная борозда. Эти области начинают участвовать в контроле перечисленных навыков почти сразу после рождения. В связи с этим возникает интересный вопрос: отвечают ли изменения в структуре и деятельности головного мозга за возникновение материнских чувств и всех связанных с ними навыков? Или все-таки наоборот: общение с ребенком приводит к изменениям в строении и работе мозга? Надеюсь, что будущие исследования дадут ответ на этот вопрос, но в любом случае ясно, что мозг матери претерпевает радикальные изменения с рождением ребенка.

Послеродовая депрессия

Некоторым женщинам после родов приходится несладко, они погружаются в послеродовую депрессию. Это тяжелая форма депрессии, которая наступает в течение нескольких недель после рождения ребенка. На самом деле это нечто принципиально иное, чем хорошо известный беби-блюз[2], или материнские слезы. И то и другое проходит само по себе через несколько недель. Женщина не может просто так взять и преодолеть послеродовую депрессию. Это более распространенное явление, чем вы думаете, – им страдает примерно каждая седьмая женщина. К сожалению, не все женщины могут спокойно признаться в том, что они не испытывают радости. Помимо депрессии, их часто сопровождает огромное чувство вины. По отношению к ребенку, к отцу и к обществу. Симптомы послеродовой депрессии во многом соответствуют симптомам «обычной», клинической депрессии. К ним относятся сильная усталость, вялость, чувство беспомощности, грусть, нарушения сна, необъяснимые приступы плача и потеря чувства удовольствия от того, что радовало раньше. Специфические симптомы послеродовой депрессии включают отсутствие интереса к ребенку, отсутствие связи с ребенком, сильное беспокойство о ребенке, мысли о том, что вы плохая мать, опасения, что вы причините вред ребенку или себе. Это перечень клинических проявлений, но если вникнуть во все эти слова, то становится понятно, насколько должно быть ужасно – испытать такое на себе.

В поведении матерей, страдающих от депрессии, по отношению к детям наблюдаются отклонения от нормы. Зачастую они бывают более раздражительными, отстраненными, замкнутыми и реагируют на своих детей менее чутко и более негативно, чем матери, не страдающие депрессией. Взаимодействие между депрессивными матерями и их детьми также носит более негативный характер. Они уделяют друг другу меньше внимания, реже общаются вербально и невербально, они меньше смеются и контактируют физически. Из фМРТ-исследования женщин с послеродовой депрессией мы знаем, что их мозг функционирует иначе, чем мозг женщин без депрессии. Изменения в активности можно наблюдать в тех областях их мозга, которые важны, в частности, для сопереживания, развития материнского инстинкта, мотивации, вознаграждения и обработки эмоций.

Не существует единого четкого фактора, который бы определял, разовьется ли у женщины послеродовая депрессия или нет. Причина во взаимодействии различных биологических и экологических факторов. Одна из биологических теорий основана на том, что уровень гормонов, ответственных за репродуктивную функцию и стресс, резко возрастает непосредственно перед родами, а затем очень быстро снижается во время родов. Подобный резкий подъем и спад может нарушить гормональную систему женщины настолько, что у нее начнется депрессия, если она к этому склонна. Согласно теориям, основанным на влиянии факторов окружающей среды, беременность, роды и родительство являются таким стрессом для матерей, что женщины на этом этапе жизни более подвержены развитию депрессии. Наиболее вероятное объяснение заключается в том, что послеродовая депрессия бывает спровоцирована факторами окружающей среды (например, проблемами на работе, отношениями с отцом или финансовыми заботами) у женщин с врожденной биологической предрасположенностью к этому расстройству (например, генетической уязвимостью к проблемам настроения или повышенной чувствительностью к изменениям уровня гормонов).

В настоящее время самым распространенным способом борьбы с послеродовой депрессией является медикаментозный. Это вполне объяснимо, поскольку антидепрессанты показывают невероятную эффективность. При этом они работают быстрее психотерапии. Рекомендуется дополнительно пройти курс психотерапии, потому что антидепрессанты лечат только симптомы. В ходе курса психотерапии обязательно рассматриваются глубинные причины, особенно факторы окружающей среды. Очевидно, что к послеродовой депрессии не следует относиться легкомысленно. Есть надежда, что с ростом внимания к этой проблеме и базы знаний об этом состоянии табу будет снято и женщины будут чувствовать себя достаточно уверенно, чтобы прийти и попросить о помощи, которая им необходима.

2.5. Мозг отца

О мозге отца (человека) было проведено мало исследований. Тому есть очевидная социальная причина: даже в современную эпоху, несмотря на достигнутый прогресс, в большинстве случаев матери по-прежнему несут основную ответственность за воспитание. В современных статьях о материнском мозге всегда упоминается, что мозг отца не менее важен и что мы обязательно должны проводить исследования в этой области, но на практике все обстоит не так просто. Вероятно, и потребность в такой информации окажется ниже, потому что подобные вещи часто представляют собой замкнутый круг: поскольку матери несут основную ответственность за воспитание детей, то и спрос на знания в этой области выше. А раз уж спрос выше, легче получить финансирование на исследования в этой области.

Нейронные сети родителя

К счастью, исследования все же есть, и они невероятно интересны. Например, в ходе исследования 2014 года сравнивали матерей, гетеросексуальных и гомосексуальных отцов. Гетеросексуальные мужчины в этом исследовании были отнесены к категории вторичных опекунов, в то время как матери были первичными опекунами. Это означает, что матери в этих семьях несли основную ответственность за воспитание. Однако отцы сыграли в этом активную роль. Гомосексуальные мужчины, естественно, брали на себя роль и матери, и отца в воспитании детей. Это исследование показывает, что существует общая «мозговая сеть родительства», которая имелась у всех участников. В эту сеть входят те области мозга, которые отвечают за:

• бдительность: любой сигнал, который может означать, что с ребенком что-то не так, будет звучать как сигнал тревоги;

• вознаграждение: это чувство, которое появляется, когда ребенок впервые вам улыбается, хватает вас за палец, целует или говорит «мама» или «папа», и его невозможно описать;

• социальное понимание и когнитивная эмпатия: эти функции чрезвычайно важны для реагирования на потребности ребенка.

Различия между отцом и матерью

Интересным было то, что у матерей отмечалась более выраженная активация мозга в миндалевидном теле, чем у гетеросексуальных отцов. С другой стороны, гетеросексуальные отцы показывали большую активность в верхней височной борозде по сравнению с матерями. Обе эти области уже упоминались в рассказе об исследованиях материнского мозга, однако данное исследование показывает, что у матерей и отцов они активизируются по-разному. Мы знаем, что миндалевидное тело является одной из самых важных «материнских зон» мозга, а верхняя височная борозда важна для развития социальных навыков, к которым относятся интерпретация, понимание и прогнозирование намерений и поведения других людей. Похоже, что существуют еще и различные нейронные сети матерей и отцов, которые играют роль в воспитании детей. Материнский путь эволюционно древний (миндалевидное тело является частью нашего «первобытного мозга») и инстинктивный, в то время как отцовский путь проходит через неокортекс, более новую часть нашего мозга, и в большей степени опирается на рациональные, социальные навыки мышления для адекватного выполнения родительских обязанностей. Это ничего не говорит о качестве отцовства. Активное миндалевидное тело не обязательно приводит к улучшению воспитания детей. В этом случае мне кажется более логичным, что подобные мозговые пути сформировались в ходе эволюции в ответ на ожидания от окружающей среды. Дело в том, что на протяжении большей части существования человечества мать заботилась о детях, а отец приходил раз в неделю, чтобы разделать мясо. Поэтому первобытный мозг мужчины был настроен не на заботу о детях, а на защиту всей семьи и охоту с целью добычи пищи (и обеспечения потомства). Теперь, когда пропорции смещаются, неокортекс, более новая часть мозга, начинает к этому приспосабливаться. Это лишь одно из объяснений, и оно не обязательно должно быть единственным. Основная идея заключается в том, что и матери, и отцы вполне способны заботиться о своих детях, но, судя по результатам исследования, они используют для этого разные мозговые пути. Возможно, самым интригующим результатом этого исследования стало то, что у отцов-геев обе области, миндалевидное тело и верхняя височная борозда, оказались более активными. Это может стать хорошим примером пластичности мозга: в отсутствие биологической матери отцы берут на себя обе роли, и мозг легко к этому адаптируется.

Советы для родителей

Благосклонное отношение и любовь – основные составляющие надежной привязанности. С самого рождения и в особенности, возможно, в первый год, потому что именно тогда закладывается фундамент на всю оставшуюся жизнь. И если мы что-то и знаем из исследований, так это то, что, как уже говорилось ранее, надежная привязанность необходима для здорового развития. Поэтому в заключение этой главы я хотела бы обсудить несколько странных советов, которые когда-то считались вполне обоснованными с точки зрения педагогики. На первый взгляд они не имеют никакого отношения к развитию мозга младенцев, однако внешность бывает обманчива. С учетом тех знаний, которыми мы сейчас располагаем, этот совет по меньшей мере смешон, а в некоторых случаях даже вреден для развития мозга ребенка.

Например, в справочнике 1911 года по уходу за новорожденными объясняется, как «дрессировать» ребенка. Согласно этому руководству, важно приучить ребенка к тому, чтобы он был доволен и счастлив, лежа у себя в кроватке. Брать ребенка на руки стоит только для того, чтобы покормить его или оказать необходимый уход, но не более. Иначе ребенок превратится в «маленького тирана», по словам автора, потому что его слишком балует «глупая мать». Совет всемирно известного, противоречивого, но очень влиятельного психолога Джона Уотсона звучит похоже. Уотсон родом из той же эпохи (начало XX века) и является основателем такого направления в психологии, как бихевиоризм. Целью бихевиоризма считается свободное от интерпретаций исследование наблюдаемого поведения. Таким образом, движущим силам и внутренним процессам уделяется мало внимания, поскольку их невозможно непосредственно наблюдать, и поэтому они не имеют значения. В своей книге «Психологический уход за ребенком»[3] Уотсон писал, что существует рациональный, логичный способ воспитания детей. Обращайтесь с ними как с маленькими взрослыми, никогда не обнимайте и не целуйте их и не усаживайте их у себя на коленях. В крайнем случае поцелуйте в лоб перед сном и похлопайте по спине, если они сделали что-то хорошее. Уотсон заверил родителей, что через неделю они убедятся, что этот способ воспитания детей гораздо лучше, чем прежняя сентиментальность и мягкость. Благодаря современной науке мы знаем, что такое «сентиментальное, мягкое» воспитание важно для установления надежной привязанности, а надежная привязанность, в свою очередь, необходима для здорового развития мозга.

У Джона Уотсона были свои дети, и их он воспитывал в соответствии со своими принципами. Их жизнь была отмечена психиатрическими проблемами и попытками самоубийства (как неудачными, так и успешными). Бихевиоризм в определении Уотсона, как и сами воззрения Уотсона, сейчас вышел из моды. Однако некоторые мысли продолжают развиваться и, безусловно, остаются актуальными и сегодня. Например, теории Уотсона лежат в основе методик лечения таких состояний, как аутизм, зависимость и посттравматическое стрессовое расстройство. Поэтому нам очень пригодились знания, которыми Уотсон делился на протяжении всей своей карьеры, хотя и не в области воспитания.

В первый год жизни происходит много всего. Двигательное, когнитивное и социальное развитие начинается практически сразу после рождения, и к концу первого года жизни формируются бесчисленные новые связи, которые создают основу для развития в последующие годы. Они и являются темой третьей главы – о тоддлерах (детях раннего возраста – от года до трех-четырех лет).

3. Приключения тоддлеров

Быть мамой маленького ребенка – фантастический опыт, который я испытывала всего два раза в жизни. Малыши милы и очаровательны, их то и дело хочется обнять, и я часто тоскую по тому времени, когда лежала одна на диване, свернувшись клубочком. Но беспорядочное бормотание малышей, невинность, с которой они выкрикивают самые странные вещи, невероятно трогательна. Как только Кристиан заговорил, я начала записывать его замечательные высказывания. Пара примеров:

[2] От англ. baby blues – «послеродовая хандра». – Примеч. перев.

[3] На рус. яз.: Уотсон Дж. Б. Психологический уход за ребенком / Пер. с англ. под ред. Е. В. Гурьянова. Изд. 2-е. М.: URSS, 2009.