Ёлка (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

   Как же быть с приказом не применять оружие и не отвечать на огонь? Да ведь его могут сбить! Он что же, не должен защищаться?

   В ответ на это майор пожал плечами:

   - К сожалению, лейтенант, директивы никто не отменял, и нам нельзя своевольничать. Надо ждать распоряжения оттуда. - Он показал рукой наверх, но потом, чуть подумав, добавил: - А в общем, смотри сам... по обстановке. Ты понял меня, лейтенант?

   - Так точно, товарищ майор, живым я им не дамся.

   - Действуй! И останься хоть ты живой, чтобы отомстить.

   - Куда лететь?

   - В Барановичи. Туда только что улетели двое.

   - А люди? - Долгов чуть не позабыл спросить о самом главном. - Сильно ли пострадали люди?

   Комэск опустил голову.

   - Пострадали, лейтенант... Никто не успел ничего сообразить. Когда опомнились, к самолетам бросились два звена: Крикунов, Астров, Белых... Коршунов, Девяткин и Попов...

   И замолчал. Лейтенант почувствовал недоброе.

   - Где же они? Удалось им взлететь?

   Он пытался заглянуть майору в глаза и не смог. Комэск печально посмотрел в сторону поля, с четверть часа тому назад считавшегося летным.

   - Они даже не подумали о том, что пушки не заряжены... И совсем забыли про приказ.

   Долгов весь напрягся; он мучительно ждал, хотя уже догадывался, о чем сейчас скажет командир.

   Голос майора был глух, чувствовалось, его всего трясло:

   - Ни один из них не вернулся на КП... Никто не смог им помочь...

   Лейтенант ткнулся головой в стену, зажмурил глаза. Крикунов и Девяткин были его друзьями, комэск знал об этом. Они вместе учились в школе, поступали в аэроклуб, потом в училище, потом сюда... Вместе - всегда, всю жизнь вместе. Их так и звали в полку: "три танкиста" и даже "триумвират". И вот их нет... ничего нет, одни воспоминания остались теперь ему.

   А комэск продолжал. Слова резали слух, переворачивали все внутри:

   - Они погибли на земле, вместе с самолетами. Взлетели только двое, и тут же были сбиты, даже не успели набрать высоту... На поле осталось всего пять машин. Ты не представляешь, что тут творилось. Они перевернули весь аэродром вверх дном, в воздух летели обломки крыльев, фюзеляжей, моторы, шасси, рвущиеся на части баки... Полоса стала похожа на вспаханное поле. Но на том хоть нет воронок.

   Лейтенант снял фуражку, отвернулся от стены. Глаза блестели, в них не было ничего, кроме боли. Но некогда было даже помолчать...

   - Лети, Долгов, иначе будет поздно, - торопил комэск. - Сейчас они пойдут снова, а за ними, вероятно, техника, пехота. Наверняка они уже перешли границу, а оттуда до нас, сам знаешь - рукой подать. В бой не вступай, все равно собьют, их целая орда, один ты ничего не сделаешь. А так сохранишь самолет и сам останешься жив. Я вылетаю следом через пять минут. Что-то с мотором. Видишь мотоцикл? Это - техника Савельева. Сейчас он закончит починку, и я догоню тебя. Жаль, не смогу взять его с собой, это не спарка. Придется ему за мной на мотоцикле.

   * Спарка - учебный двухместный самолет.

   - Как же взлетать? - спросил Долгов. - Ведь поле изрыто бомбами.

   Комэск кивнул. Он забыл сказать об этом.

   - Рули к столовой, оттуда тропинка на ГСМ и к казарме. Знаешь ее. Вот по ней и взлетай. Другой полосы нет.

   Они пожали друг другу руки, и лейтенант побежал к самолету, еще не зная о том, что в последний раз видел комэска.

   Майор взлетел не через пять, а через десять минут. Только набрал высоту двести метров, как был сбит на вираже двумя длинными очередями. Самолет потерял управление и понесся к земле, оставляя за собой черный шлейф. Комэск все еще боролся со смертью, пытаясь выровнять машину и посадить ее "на брюхо", но было уже поздно. Он успел еще увидеть подлесок, молодые березки, стремительно бегущие ему навстречу... Раздался взрыв... Так нелепо погиб комэск, герой Испании, Халхин-Гола, Финской. На его счету было шестнадцать сбитых...

   До Барановичей около ста километров, это пятнадцать-двадцать минут полета. Но лейтенант не успел долететь. Сверху, как коршуны на добычу, камнем бросились вниз три "мессершмитта". Он почувствовал, как мелко начал вздрагивать самолет от ударов пуль по плоскостям, поднял голову и увидел черные, хищные носы, нацеленные на него. Оторваться невозможно, слишком велика разница в скорости: целых сто километров в час. Лавировать, тем более принимать бой на малой высоте было и вовсе неудобно, и он решил прижаться к земле: быть может, фашисты потеряют его из виду. Он заложил крутой вираж, и "мессеры" проскочили мимо. Но тотчас стали разворачиваться. Тут бы и уйти, но лес под крылом кончился, пошли неосушенные болота, поля. Ему бы высоту, и он атаковал бы первым! Вместо этого он представлял теперь для врага удобную мишень. Пришлось снова с сильным креном возвращаться к лесу, но тут по крыльям вновь застучало, на этот раз словно крупным градом. Долгов посмотрел и ужаснулся: обе плоскости у лонжеронов зияют огромными дырами, да и в кабине вдруг запахло гарью. Скорость сразу упала, истребитель стал терять высоту. Самолет тряхнуло, потом еще раз, еще. Что-то случилось, кажется, попали в мотор. Плоскости мелко задрожали, словно крылья у модели планера на слишком больших углах атаки. Казалось, вот-вот они отвалятся, и Долгов решил садиться на "вынужденную". Только подумал об этом, как мотор несколько раз "чихнул", из патрубков вырвалось пламя, потом полетели куски металла и повалил густой дым. Чтобы не взорваться в воздухе, лейтенант выключил зажигание и перекрыл кран подачи горючего. А земля уже - вот она, какие-нибудь десять метров до нее! Счастье еще, что не попали в баки, теперь от него уже ничего не осталось бы.

   "Мессершмитты", едва повалил черный дым, развернулись и ушли на запад. Ушли, чтобы повстречаться с комэском...