Hide your face so the world will never find you (ЛП): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ты никогда не думала, что Ричард заполучит тебя в таком виде. — Это было мягкое заявление, а не вопрос. Даркен Рал прижался к ней, его голос был едва слышен, когда он следил за ее движениями, пока ее грудь не коснулись кровати, а спина не встретилась с его грудью. — Это делает все легче или сложнее?

Она напряглась. Услышав это имя, его имя, ее горло болезненно сжалось.

— Я здесь не для того, чтобы отвечать на насмешки. Если я твоя жена… — она не могла не выплюнуть слова, несмотря на уязвимость ситуации, — Тогда я требую уважения.

Даркен Рал усмехнулся позади нее. Отсутствие насмешек было едва ли не хуже его предыдущих насмешек. Ему понравился ее ответ. Ему это искренне нравилось, черт возьми.

— Уважение всегда в моих руках, Кэлен, — прошептал он ей на ухо. — Мягкость и удовольствие тоже. Не нужно спешить, если только это не то, чего вы действительно хотите. Я не буду возражать, сколько времени потребуется, чтобы заставить вас кричать от восторга.

Кэлен пришлось сжать губы, чтобы не плюнуть в него, говоря ему, что она хочет, чтобы это закончилось, что она хочет, чтобы эта фальшивая жизнь закончилась. Чего она не хотела, так это его гнева. Вцепившись руками в простыни перед собой, она говорила ровно.

— Принимайте ваше удовольствие. Я не забочусь о своем собственном.

На мгновение ей показалось, что она почувствовала, как он напрягся над ней, как будто ее слова нашли смысл. Но только на мгновение. Он прислушался к ее словам, как и обещал, и она не произнесла ни слова протеста. Кэлен Амнелл, Мать Исповедница, во всех смыслах была женой Даркена Рала.

***

Праздное увлечение легко превращается в цель, если вы не держите его под контролем. В тот момент, когда Даркен поймал себя на мысли о Кэлен, когда ее не было в комнате, о чем-то в ее поведении, он понял, что к простому любопытству уже не вернуться. Во всяком случае, с навязчивой идеей он знал, как справиться лучше.

Но это должно было быть организовано. Точный. Он не был диким человеком, живущим на чистом инстинкте и эмоциях. Он должен был знать причину.

Что это было? Побежденная, его, какое ему дело? Вкус тьмы на его языке потребовал той горечи, которую она сейчас испытывала, но после этого… После этого он все еще проявлял интерес. Руки сжимались и разжимались на мгновение, и его терзало сомнение, что, возможно, причина была менее чем стратегической.

Только на мгновение. Все сомнения длились лишь мгновение. Всегда была причина. Всегда прагматичная причина. Так мир работал лучше всего.

Кэлен выступала не только за Мидлендс, но и за его брата. Он завоевал ее, и все же в его груди все еще была пустота. Месть может заполнить его. Он мог бы снова почувствовать себя целым, если бы отомстил наилучшим образом. Кэлен. Представляя двух зайцев, которых он мог взять с собой, единой стрелой. И чего он хотел от нее помимо метафоры? Более чем словесная лояльность.

Однажды утром, когда он оставил ее еще дремлющей, когда его глаза снова оторвались от сжатого изгиба ее губ, все стало ясно. Он поклялся, что однажды она бросится к нему в объятия не только из-за долга. Он хотел ее желания. Он хотел ее любви. И даже зная, что потребуется больше, чем котенок, чтобы сделать ее мягкой, как масло в его руках, его настроение не было испорчено. В конце концов Кэлен полюбит его, и месть будет сладкой и терпкой, как и ее вкус, когда она его поцеловала.

Он мог дождаться этого. О, он мог ждать.

========== Часть 2 ==========

Покой, как ни странно, не утомил Даркена Рала. Его жажда к насилию, крови был утолен порядком в его жизни. На данный момент.

И ему больше не нужно было проводить ночи в размышлениях над стратегией, советуясь только с луной и звездами, его кровь беспокойно волновалась, когда победа ускользала от его плотной хватки. Вместо этого государственная политика занимала его дни, оставляя несколько драгоценных вечерних часов, чтобы сосредоточиться на собственных мыслях.

Это изменение очаровало его.

Это приносило забавное удовлетворение своей банальностью. У него даже была жена, к которой он мог вернуться. И все же Кэлен не была облегчением. Она все еще была вызовом, и намеренно.

Со времени их первой брачной ночи он прикасался к ней только дважды за два месяца, и каждый раз акушерка сообщала ему, что она может зачать ребенка. То, как она сдерживала свою ненависть, что он почти чувствовал, как она пронзает его кожу, когда его рука лежала на ней, говорило ему, что она будет только расти, если он осыпает ее вниманием. Кровать не могла завоевать за Кэлен Амнелл.

— Ты требуешь меня сегодня вечером? — Каждый раз одни и те же слова, и он задавался вопросом, сохраняют ли они ее в здравом уме. Голова высоко поднята, мышцы шеи напряжены, она собирается с силами.

Ни улыбки, ни хмурого взгляда он не подарит ей. Простое «Нет».

Сжав губы, несмотря на облегчение, было ясно, что его отказ продолжал удивлять ее… Почти терзая холод исповедника, который она носила поверх всех одежд. Он перестал задаваться вопросом, поддерживает ли это ее в здравом уме, и начал задаваться вопросом, а не наоборот ли. Пробовать одну и ту же тактику снова и снова, не получая при этом ожидаемого результата. Почему? Действительно, почему.

Но и безразличие не было путем к ее сердцу. Она была упрямой, изобретательной, решительной. Оставшись одна, она не увянет, а просто начнет новую жизнь. Он нуждался в ней рядом. Он хотел, чтобы она была рядом.

Он никогда не предлагал ей частные апартаменты, которыми пользовалась его мать. Их кровать была достаточно большой, чтобы они могли провести всю ночь, не касаясь друг к другу достаточно близко, чтобы чувствовать тепло, но это была одна кровать. Его кровать. Их кровать. Когда она скользнула под одеяло спиной к нему, это едва ли могло ускользнуть от его внимания. Он всегда был рядом, ее муж.

План или не план, это было настоящим вызовом его образу жизни, это медленное ухаживание за Кэлен. Вечера она проводила одна — обычно он проводил их с одним из своих Морд’Сит, Трианой, Гареном или даже Далией. Они не могли сравниться с Денной или Карой, но он не стал бы тратить время на ностальгию. Гордости и рвения было достаточно, чтобы заставить его кровь закипеть, а их выносливость, выше или ниже него, была совершенством. Ему не потребовалось много времени, чтобы утолить желание, и когда Кэлен ложилась спать, он только тихо желал ей спокойной ночи. Если она и понимала почему, то не подавала виду, не тогда.

Он сомневался, что она ожидала чего-то меньшего. Он заставит ее усомниться в этих ожиданиях, но только в нужное время.

***