– Кэт! – вопит он, не сводя с меня глаз. – Вышли всех вон!
– Но…
– Исчезни! Включи свет, и вон отсюда!
Я не спускаю глаз с лица Кево, так что не могу сказать, слушается она его или нет. Но через несколько секунд в комнате становится светло, и я слышу тихий щелчок захлопнувшейся двери.
– Блум, – снова говорит он. Его большие пальцы начинают касаться моих щек, но я едва замечаю это. – Мы одни, ясно? Ты в безопасности.
– В безопасности, – презрительно повторяю я, освобождаясь от его рук. Все мое тело трясется, дышать мне по-прежнему трудно, но мысли постепенно проясняются. – Ты с ними заодно!
– Нет, – яростно возражает он, качая головой. – Нет, они не из наших. Если бы я знал, что они замышляют, я бы никогда не дал им даже приблизиться к тебе.
Я пытаюсь оглядеться, но тут же чувствую резкую боль в шее и морщусь. Осторожно провожу пальцами по коже, а когда убираю, на них остается кровь.
– Черт.
Кево, бормоча ругательства, приглаживает волосы.
– Нужно пойти в ванную и промыть рану. Свет здесь плохой, а рану нужно хорошенько осмотреть.
Вконец измученная, я киваю. По правде говоря, Кево уже давно мог бы причинить мне боль, если бы хотел. А я просто хочу лечь спать и забыть уже обо всем этом.
Игнорируя мои протесты, Кево подсовывает руку под мои колени, другой обхватывает мою спину и поднимает меня. Потом открывает ногой дверь и несет меня по коридору в маленькую ванную. Когда я вижу свое отражение, то пораженно закрываю рукой рот. Ого! Моя кожа белее настенной плитки, алое пятно растекается по шее и ткани рубашки, прикрывающей мое плечо. Выгляжу я хреново.
Кево осторожно сажает меня на закрытое сиденье унитаза.
– Можешь сидеть самостоятельно? – спрашивает он, испытующе оглядывая меня.
Когда я киваю, Кево осторожно отпускает меня. Совершенно очевидно, что он ничуть не доверяет моей оценке своего состояния. Какое-то время он смотрит на меня скептически, потом оборачивается, отрывает несколько кусков туалетной бумаги, держит их под открытым краном и приседает передо мной.
– Они пили мою кровь, – бормочу я, безрадостно смеясь. – Шучу.
– Боюсь, я не совсем разделяю твое чувство юмора.
Он нежно проводит по моей шее, не касаясь места, где прикосновения могут причинить мне боль. Но я все равно вздрагиваю и бормочу тихие ругательства.
– Прости, – мрачно шепчет он. – Клянусь, Блум, я ничего об этом не знал. Я бы никогда, никогда не согласился на это.
– Я знаю. – Это не ложь. В глубине души я знаю, что это был не его план. – Все не так страшно.
– Не соглашусь с тобой. – Кево наклоняется ко мне и изучает порез. – Рана не очень глубокая, но мы в любом случае должны ее продезинфицировать и, возможно, зашить.
Фыркнув, я закрываю глаза.
– Но ведь в больницу вы меня не повезете.
Кево молчит достаточно долго, и я поднимаю на него взгляд.
– Блум…
– Знаю, – перебиваю я, отмахиваясь. У меня больше нет никакого желания дискутировать. Только не сегодня.
Мы храним молчание до завершения лечения, и меня это вполне устраивает. Мало-помалу мои глаза закрываются, и я откидываюсь назад, пока Кево гладит меня по шее. Я так измотана, что, боюсь, могу в любой момент свалиться. Понимаю, что это последствия всплеска адреналина и что мне следует быть начеку.
Но не могу. Я чувствую себя в безопасности рядом с Кево.
Готова к бою