– А почему Белла или Катарина не подошли на роль няньки? Думаю, это было бы более прилично.
Его взгляд становится пронзительным.
– Потому что, как выяснилось вчера, я – единственный, кто может держать тебя под контролем. Мы не можем допустить, чтобы ты снова попыталась сделать что-то подобное и в следующий раз мы пропустили, может, уже целых два дня. У нас нет на это времени.
– Так это был ты? – шепчу я. – Ты заблокировал меня?
Он нетерпеливо указывает на душевую кабинку:
– Об этом после. Поторопись.
Сначала мне хочется воспротивиться, но потом я сдаюсь. Честно говоря, я и сама не могу дождаться, когда, наконец, приму душ по-настоящему. Кево от меня точно не убежит. Ступив за стенку кабинки, я с облегчением обнаруживаю, что за ней достаточно места, чтобы раздеться и двигаться, не опасаясь невольных взглядов Кево. Снимаю с себя потную одежду и перебрасываю ее через стенку кабинки, стараясь попасть ею в парня. Услышав его сдавленный смех, удовлетворенно усмехаюсь.
Чтобы позлить Кево, я провожу в душе намного больше времени, чем обычно. Не только шампунь, но и кондиционер с ароматом арбуза, и скраб для тела. Все выглядит относительно новым, и я ловлю себя на мысли, является ли это частью базового комплекта для заложников или же любезно предоставленной мне Беллой или Катариной частью их личных запасов. Как бы то ни было, я чувствую себя намного лучше, когда выключаю воду и заворачиваюсь в полотенце, которое Кево повесил на стенку кабинки.
Переодевшись в новую, по-прежнему слишком большую для меня одежду, я в сопровождении Кево направляюсь на кухню, в которой на этот раз совершенно безлюдно. Пока я поедаю рогалики и пью огромную порцию кофе, чтобы как следует подзарядиться, в кухню никто так и не входит. Кево почти не разговаривает со мной, а если что-то и говорит, то это общение можно назвать не иначе как максимально вынужденной светской беседой. Каждый раз, когда я задаю вопрос, он отмахивается от меня и откладывает это на потом.
При всем при том не могу сказать, что его компания мне неприятна. Это немного напоминает мне время, проведенное на Весеннем балу, до того, как хаос захлестнул мою жизнь. Если бы он не похитил меня, не блокировал мои силы и не держал меня против моей воли, мне бы он, наверное, понравился. Мне постоянно приходится напоминать себе, что Кево мне не друг.
Совершенно обыденно Кево убирает посуду в посудомоечную машину и кладет продукты обратно в холодильник. Парень ведет себя так, будто он находится дома, но мне отчего-то трудно это представить. Вся эта их революция требует, вероятно, очень много времени, и я сомневаюсь, что он работает где-то поблизости. Оглядевшись в квартире, я уверена, что она чертовски дорогая и, кроме того, выглядит слишком уж безличной. Никаких фотографий, почти никаких личных вещей, ничего, что указывало бы на то, что здесь действительно кто-то живет.
Закончив, он взмахом руки подзывает меня к себе, и я снова бегу за ним, как собачонка за хозяином. Интересно, в чем именно состоит цель его нового трюка? Он пытается настроить меня на позитивный лад? Или усыпляет мою бдительность, потому что за следующим углом поджидают его подельники, чтобы избить меня до полусмерти?
Кево молча ведет меня обратно по коридору мимо запертых дверей.
– Это ваши комнаты? – спрашиваю я в надежде, что тема достаточно поверхностна, чтобы получить ответ.
К моему удивлению, парень кивает:
– Здесь ночуют не все, для этого квартира слишком мала.
– А где все? – Я с любопытством оглядываюсь по сторонам.
– Разошлись, – коротко бросает он. – Мы подумали, что, если на тебя не будет смотреть столько людей, ты сможешь расслабиться.
– Ого, так вы и думать умеете?
Кево улыбается мне через плечо, затем открывает тяжелую дверь слева. Она выглядит более массивной, чем другие, и когда я вижу, что за ней скрывается, то понимаю почему. Дверь ведет на гигантскую, засаженную растениями террасу на крыше. Пол усыпан мелкой галькой, повсюду расставлена мебель из ротанга, а в центре даже есть мангал. Если не обращать внимания на окружающие многоэтажки, можно подумать, что стоишь в красивом ухоженном парке.
– Ого! – говорю я, подходя к Кево сбоку.
– Круто, да? – Он оглядывается, и его взгляд, так же, как и мой, скользит по городу, раскинувшемуся у нас под ногами. Машины на улицах мигают крошечными огоньками, снуют по земле, словно муравьи. Должно быть, мы находимся еще выше, чем я решила поначалу. – Иди сюда, – говорит он, подходя к краю террасы. Там Кево садится, просовывает ноги через серебристые перила, и они свободно повисают над пропастью.
Когда я не сразу следую его приглашению, парень смотрит на меня и хмурится.
– В чем дело? – спрашивает Кево, похлопывая ладонью по месту рядом с собой. – Неужели боишься высоты?
Я пожимаю плечами:
– Может, слегка.
– Не волнуйся, ничего не случится. Но зато ощущения – колоссальные.
Нерешительно опускаюсь на пол рядом с ним и тоже просовываю ноги через перила. Взглянув вниз и увидев, как мои ноги болтаются в воздухе, я чувствую, что у меня почти кружится голова. Руки судорожно сжимают прутья, и я смотрю прямо перед собой.
– Мне нравится сюда приходить, – бормочет Кево. Он опирается подбородком на перила и смотрит на далекий фьорд, прорезающий ландшафт, как толстая черная змея.
Я устремляю свой взгляд туда же. Отсюда плохо видно, но где-то там, за ним, находятся Калинойя и мой Двор. Сейчас мама уже наверняка заметила, что меня нет. Она дала знать деду, и я уверена, что меня уже ищут. Я представляю, как Мэрта бродит по лесу, размахивая своей скалкой, готовая стукнуть ею любого, кто встанет у нее на пути. Интересно, что делает Матео? Врет всем и хихикает исподтишка вместе с Зарой или все же волнуется? А может, кто-то из них уже раскололся, и с минуты на минуту в эту квартиру ворвется целая толпа моих разгневанных родственников.