— Трое бойцов, пока что, в патруле — они тут недалеко шарятся…
— Иди, значит, зови тех, кто сейчас находится здесь, — поддавшись новой вспышке ярости, сжав зубы, произнес Николаев.
Ничего не произнеся в ответ, седоволосый мужчина неспешно направился в сторону дверного проема, соединявшего крышу с хозяйственными помещениями, располагавшимися под ней.
— Думаете, я тупой? — неожиданно остановившись, громко спросил охранник.
— Ты что, совсем головой двинулся?
— Я знаю, что с Брусом случилось, — не поворачиваясь к собеседнику, продолжил седоволосый мужчина.
Резко обернувшись, охранник сделал выстрел. Но меткость Ивана лишила его противника права на второй. Пуля перебила сонную артерию, и теперь, свалившись на колени, седоволосый мужчина захлебывался собственной кровью.
Опомнившись, Николаев нацелил пистолет на свою левую ногу и, не раздумывая, сделал выстрел. Пуля прошла навылет, пробив лишь мягкие ткани голени.
— Тринадцать — плохое число, — усмехнулся себе под нос Иван, глядя в сторону умирающего охранника. — Бог дюжину любит…
Прошло не более двух минут, когда на крышу выскочил полноватый парень, в серой футболке и форменной кепке.
— Он с ментами заодно… их засланец… — самоуверенно лгал Иван.
Внимая к его словам, охранник повел раненого Николаева вниз. Их уже ждали — в просторной квартире на шестом этаже, убранство которой отличалось пафосом и напыщенностью.
Войдя в помещение, Иван сразу же услышал звук звонка входящего вызова. Лишь сейчас он вспомнил, что, подключившись к сети, оставил ноутбук на столике в гостиной. Переглянувшись с оставшимися охранниками, Николаев сел на мягкое кожаное кресло хозяина квартиры. Убедившись, что веб-камера закрыта, приклеенным к ней листом бумаги, Иван сразу же принял вызов.
Это был незнакомый ему ник, но лицо, увиденное на мониторе, он давно уже считал приевшимся.
— Здравствуйте, Николаев, — выдавив из себя подобие приветливой улыбки, произнес его собеседник.
Этот темноволосый человек, с темно-карими, почти черного цвета, глазами и мясистыми чертами лица говорил на чистом, без всякого акцента, русском языке.
— Молчишь? — улыбнувшись, произнес темноглазый человек.
— Знаете, Исаак Ильич, я человек тихий, — спокойно ответил его собеседник. — И бросаться приветствиями я не привык…
— Ой, и я тоже, — рассмеялся Исаак.
Иван хорошо знал, что за последние двадцать лет работы в концерне Исаак Кац, ставший теперь Айзеком Бэнксом, успел превратиться в одного из самых влиятельных членов совета директоров компании. Опытный управленец, беспринципный, обладатель крепких связей с криминальным миром, Исаак Ильич ценился как человек, способный разобраться в самых сложных вопросах внешней политики концерна.
— Ты сейчас где? — задумавшись, спросил Айзек.
— У человека одного, очень гостеприимного, — ответил его собеседник, рассматривая труп хозяина, убитого во время штурма квартиры.
Отмеченное бесчисленными ранами тело председателя городского суда лежало всего в нескольких метрах от Ивана, на пропитанном кровью ковре.
— Он хорошо тебя встретил? Доверяет тебе?
— Да. Все так и выходит, — невольно переглянувшись со своими бойцами, ответил Николаев.
Едва сдерживая усмешку, Айзек отвлекся от разговора.
— Жаль, что так получилось, — глядя прямо в объектив веб-камеры, произнес Кац.
— А что случилось? — с наигранным непониманием переспросил его собеседник.
— Не вижу я тебя — с камерой ты что-то сделал, — развел руками Айзек.
— Зачем вам это?