— Но у меня… — растерявшись, замялся Эдуард.
— Твоя контора завтра не работает, — покачал головой его собеседник. — И послезавтра тоже… Меня, кстати, Борисом звать.
Пересчитав полученные от охранника деньги, Эдуард вышел из квартиры.
Сделав покупки, Эдуард вернулся к самому вечеру. День пролетел незаметно, и Трилеев заснул еще до полуночи, удобно устроившись на диване. Здесь же, на груди у Тео, заснула и Ксения.
Они проснулись в семь утра, разбуженные хозяином квартиры, любезно принесшим в гостиную скромный завтрак. Включив телевизор, он сел рядом с ними, принявшись за утреннюю трапезу. Борис все еще мирно дремал на тахте, вытащенной в прихожую.
Неосторожно нажав на пульт, Эдуард переключил телевизор на местный канал. Утренние новости рассказывали о перспективах строительства новой железнодорожной ветви, но следующий репортаж заставил Теодора и Ксению отвлечься от еды.
Теперь речь шла о странном случае, нарушившем покой ночного города. Персонал первой городской больницы подвергся нападению одного из пациентов. Молодой человек, доставленный туда сутками раннее, напал на своих соседей по палате. Его нападению подверглись и подоспевшие работники больницы. В больнице он ранил семь человек: двух пациентов, двух санитаров и трех медсестер с ночной смены. Репортер говорил о том, что этим людям повезло, и они отделались только синяками и укусами. Еще одной его жертвой стала работница дежурной аптеки, располагавшейся по соседству с больницей. Женщина получила серьезную травму глазного яблока и многочисленные рваные раны лица.
Репортаж завершился, и теперь перед зрителями предстал фоторобот правонарушителя.
— Так это же рыжий Андрей, Андрюша-Гвоздь, — не сдержавшись, произнес себе под нос Эдуард.
— Кто? — переспросила Георгиади.
— Ну, двоюродный брат того рыжего Ивана, который вас оставил здесь, — пояснил хозяин квартиры. — Ушлый парень, хитрозадый, но не проходимец… Как же он мог на людей так напасть? — развел руками Эдуард.
Переглянувшись, Теодор и Ксения молча продолжили свою трапезу.
— О чем вы с Артуркой так долго ворковали? — усмехнувшись, полюбопытствовал Брус, бросив взгляд в сторону вошедшего в его кабинет Ивана.
— К нам звонил начальник городского управления внутренних дел, — потерев глаза, ответил его собеседник.
— Снова подмазывается?
— Нет… Ну, почти, — задумавшись, осекся Иван. — Он сообщил нам о трех странных нападениях вчера и о двух сегодня. Наверно, ты был прав, — вздохнул он. — Это — «Голод»…
Название, данное штамму Владимиром, понравилось Ивану и казалось вполне уместным.
— И когда были последние нападения? Может, совпадение? — не веря самому себе, переспросил Брус.
— Сегодня ночью один из пациентов напал на персонал больницы — еще восемь зараженных. Он сбежал, а утром, полчаса назад, кто-то напал на людей на троллейбусной остановке — и еще пять покусанных.
— И это — он? — прикусив губу, спросил Брус.
— Наверно… Но это не имеет значения, — отмахнулся его собеседник. — В городе сейчас человек пятнадцать-двадцать заражены. А, по меньшей мере, один бродит по центральным кварталам.
— Не повезло нам.
— Ага, — задумавшись, Иван продолжил. — Я обсудил это с МакАдамсом. Он хочет приостановить деятельность этого филиала.
— Надолго?
— Пока, на неделю.
— Зачем? — с любопытством спросил Брус.
— Для нашего минимального стабилизационного плана требуются большие человеческие ресурсы. А все это добро поручить некому… не оставлять же здесь двух человек?
— А «центр»? А филиалы других компаний?
— С другими компаниями договорились мажорные шишки из Берна. У этих наших «конкурентов» маленькие помещения и крошечные персоналы. Кроме лабораторий, у них тут ничего нет. Повлиять на них, чую, было нетрудно.
— А «центр»? — вновь повторил свой вопрос Брус.