Барретт в уме еще раз пробежался по всем пунктам. Перечень всех необыкновенных явлений, зафиксированных в доме Беласко. Восстановление системы электроснабжения. Установка телефона. Плавательный бассейн и парилка. Он проигнорировал легкое недовольство на лице секретаря при упоминании четвертого пункта. Ежедневное плавание и парилка ему необходимы.
— Еще, — сказал он, стараясь говорить непринужденно, но понял, что выдал свое возбуждение. — Мне нужно соорудить специальный прибор. У меня в номере есть схема.
— Как скоро он вам понадобится? — спросил Хэнли.
— Чем скорее он будет закончен, тем лучше.
— Он большой?
«Двенадцать лет», — подумал Барретт и сказал:
— Довольно большой.
— И все?
— Все, что я могу придумать в данный момент. Конечно, я не упомянул условий проживания.
— Для вас будет отремонтировано просторное помещение. Готовить и доставлять пищу будет одна пара из Карибу-Фолс. — Хэнли как будто сдержал улыбку. — Они отказываются ночевать в этом доме.
Барретт встал.
— Что ж, оно и к лучшему. Они бы только мешали.
Хэнли проводил его до двери в библиотеку, но не успели они подойти, как дверь распахнул тучный человек и уставился на Барретта. Хотя и был лет на сорок младше и фунтов на сто тяжелее, Уильям Рейнхарт Дойч имел несомненное сходство с отцом.
— Предупреждаю сразу, — проговорил Уильям Дойч, захлопнув дверь, — я хочу воспрепятствовать этой затее.
Барретт уставился на него.
— Я серьезно, — сказал Дойч. — Это же пустая трата времени, верно? Заявите это письменно, и я тут же выпишу вам чек на тысячу долларов.
Барретт напрягся.
— Боюсь, что…
— Ведь ничего сверхъестественного не существует, верно?
У Дойча побагровела шея.
— Совершенно верно, — ответил Барретт, и на лице его собеседника появилась торжествующая улыбка. — Правильнее говорить «выходящего за границы нормального». Естественное не может быть чрезмерным…
— Какая, к черту, разница! — прервал его Дойч. — Все равно все это суеверия!
— Мне очень жаль, но это не так, — возразил Барретт. — А теперь, если позволите…
Дойч схватил его за руку.
— Берегитесь, вам лучше бросить это дело. Все равно вы никогда не получите этих денег…
Барретт высвободил руку.
— Делайте что хотите. Я буду этим заниматься, пока ваш отец не даст приказ остановиться.
Он закрыл дверь и пошел по коридору. «То немногое, что известно науке на сегодня, — мысленно ответил он Дойчу, — вполне доказывает, что всякий, считающий парапсихические феномены суевериями, просто не сознает, что происходит в мире. Не счесть научных документов, которые…»
Он остановился и прислонился к стене. Снова разболелась нога. Впервые он позволил себе признать, насколько трудным это может оказаться — провести неделю в доме Беласко.
А что, если ситуация там действительно так плоха, как утверждали два отчета?