Опять его охватила безнадежность. Где взять силы? Он резко отодвинулся от нее, подошел к прикроватному столику и выдвинул ящик. Коробочка с благовониями все еще лежала там.
— Можно будет зажечь вот это. — Дэвид старался говорить взволнованным голосом.
Он пристально глянул в лицо женщины, заинтересованный ее реакцией.
— Что это?
«Тебе это, черт возьми, известно!» — чуть не выкрикнул он и отвел глаза в сторону, чтобы себя не выдать.
— Ты разве забыла?
Она взяла коробочку из его рук и прочла надпись: «Amour Exotica».
— Ты согласна?
Она равнодушно пожала плечами.
— Зажигай.
Только не показать разочарования. Разыгрывая недоумение, он стал оглядываться по сторонам.
— Не знаешь, где эта штука?
— Какая еще штука?
— Ну, горелка для благовоний.
— Ох!
Если бы удалось заманить ее в ловушку, доказать, что она отлично знакома с этими благовониями. Он обернулся к женщине.
— Может, поищем вместе?
Ее усмешка ясно показывала, что она прекрасно понимает, что за игра ведется. Дэвид чуть было не вспылил, но вовремя сдержался. Может, ей и вправду незнакомы эти благовония. Он не должен дать сбить себя с толку.
— Надо везде посмотреть.
Уже пустившись на поиски, он продолжал краем глаза наблюдать за ее поведением, пытаясь убедить себя в том, что делает что-то важное. Мысленно вздрогнул, когда она приподняла кожаный верх сиденья около окна, заглянула внутрь и сказала:
— Здесь нет.
Голос ее был полон безразличия, и Дэвид понял, что шансов почти нет, если не удастся заинтересовать ее посильней. Проблема не так проста. Он старался не выдать своей озабоченности и медленно обходил гостиную, заглядывая в самые разные места. Приподнял сиденье около второго окна и с ужасом понял, что побежден. Горелка для розжига благовоний была тут. Невольно скривившись, он достал ее.
— Рада, что ты ее нашел.
Он с довольным видом кивнул и сказал:
— Теперь пошли в студию.
— Ты в самом деле хочешь?
По ее тону чувствовалось, что в данный момент ей это было безразлично.
«Только вызвав в ней похоть и страсть, я смогу, возможно, чего-нибудь добиться», — решительно подумал он. Когда тело возбуждено, разум слабеет и оказывается уязвимым. «Уж я-то это знаю», — с горечью добавил он про себя, а затем приблизился к ней и обнял.
— Еще как хочу, — произнес он.
Крепко поцеловав ее в губы, он прижался к ней и стал слегка тереться. И тут новое опасение неожиданно вспыхнуло в его мозгу. Что, если его разум ослабеет и окажется уязвимым? Он прислушался к себе, к ощущениям, бродившим в его теле. Прильнул щекой к ее лицу, крепче обнял, заставляя себя верить, что рядом с ним действительно Эллен, что это ее тело он сжимает сейчас в своих объятиях.