— Точно, — ответила она. — Почему бы тебе и не смотреть? Я все-таки твоя жена.
Дэвид предпочел не заострять на этом внимание. Она играет с ним, это ясно. Он не должен позволить себе поддаться приступу гнева, потерять выдержку. Сейчас она на девятнадцать лет старше той Марианны, которую он узнал, и он должен этим воспользоваться. Он был даже рад, что она так сильно загримировалась, поскольку ее внешность до того изменилась, что ему теперь не приходилось все время напоминать себе, что перед ним не Эллен.
Он стал заинтересованно следить за движениями руки женщины, особенно ее среднего пальца.
— Что? Нравится? — спросила она.
— Мгм…
Мышцы у него судорожно напряглись. «Полегче. Полегче».
— Хочешь тоже?
Он осторожно перевел дух.
— Может быть.
— В таком случае раздевайся.
Он не пошевелился, и она усмехнулась:
— Ты чего-то боишься? Уж не меня ли, своей жены?
«Если бы ты была моей женой, то уже ехала бы сейчас к нашей дочери». Эта мысль вызвала в нем негодование. Но он принудил себя сдержать всплеск злости, ибо глаза ее внимательно за ним наблюдали.
— Что? Раздумал?
— Нет.
— Ну так решайся поскорей. Или давай сюда ключи от машины. Ты не один на свете, я найду с кем развлечься.
Дэвид вздрогнул.
— Может, спустимся в студию? — предложил он.
— Куда?
— В мастерскую. Кажется, нам было там неплохо, помнишь?
Но волна безнадежности уже затапливала его. «Что из этого может выйти?» Он продолжал следить, как она садится на кровати и улыбается.
— Если настаиваешь, дорогой.
И тут улыбка с ее лица исчезла, будто ее стерли.
— Сегодня тебе придется хорошенько постараться. Она сбросила ноги с матраца, встала. Он обнял ее за плечи, когда она прижалась к нему. Тут же ее дыхание участилось, и она принялась влажно покусывать его ухо.
— Может, не стоит ждать? — спросила она.
— Нет, в студии будет лучше.
«Только бы не дрожал мой голос».
— Чем же? — В ее голосе появился поддразнивающий тон.
— Я тебе там скажу.
— Скажи сейчас. — Она потерлась о него. — А еще лучше — покажи.