Избранные произведения в одном томе: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Мне было немного неловко, но я сделал, как он сказал. Птица мгновенно уселась на мое правое плечо, и мне и вправду показалось, Роберт, что между нами произошел какой-то обмен мыслями. Не знаю, как передать, что именно это было, знаю только, что это было очаровательно.

Потом птица снова взлетела, и Кэти напугала меня, пролаяв один раз, словно с ней прощаясь. «Невероятно», — подумал я, когда мы стали удаляться от дома.

— Я заметил, что в доме нет зеркал, — сказал я.

— Они бесполезны, — откликнулся Альберт.

— Потому что они в основном тешат наше тщеславие? — поинтересовался я.

— Более того, — ответил он. — Людям, чья внешность так или иначе пострадала в течение жизни, ни к чему смотреть на себя. Иначе они стали бы застенчивыми и не смогли бы сконцентрироваться на самоусовершенствовании.

Я задумался о том, какая внешность у меня, понимая, что, если во мне есть что-то неприятное, он все равно не скажет.

Мы начали подниматься по травянистому склону, и я постарался об этом не думать. Кэти бежала впереди. Я с удовольствием подумал о том, какая она ухоженная. Энн была бы так счастлива ее увидеть. Они проводили вместе много времени. Энн буквально не могла выйти из дома без собаки. Бывало, мы подсмеивались над безошибочным чутьем, с каким Кэти догадывалась о намерении Энн выйти из дома. По временам это казалось явно сверхъестественным.

Перебирая в голове эти мысли, я глубоко вдыхал свежий, прохладный воздух. Эта температура казалась для меня идеальной.

— Вот почему это место называют Страной вечного лета? — спросил я, пускаясь в эксперимент, чтобы узнать, понял ли Альберт мой вопрос.

Он понял и ответил:

— Отчасти. Но также и потому, что это место может отразить представление каждого человека о совершенном счастье.

— Будь Энн здесь со мной, оно было бы совершенным, — молвил я, не в силах избавиться от мыслей о ней.

— Будет, Крис.

— Тут есть вода? — спросил я вдруг. — Лодки? Так Энн представляет себе небеса.

— Есть и то и другое, — ответил он. Я поднял глаза на небо.

— Здесь когда-нибудь темнеет?

— Не полностью, — сказал Альберт. — Правда, сумерки у нас бывают.

— Почудилось ли это мне, или свет в кабинете действительно потускнел, когда я собирался спать?

— Потускнел, — подтвердил Альберт. — В соответствии с твоей потребностью отдохнуть.

— Ведь это неудобно — когда нет смены дня и ночи? Как вы планируете своё время?

— По виду деятельности, — ответил он. — Разве в жизни люди, как правило, делают не то же самое? Время работать, время есть, время отдыхать, время спать?

Мы делаем то же самое — с той разницей, разумеется, что нам не надо есть или спать.

— Надеюсь, и моя потребность во сне скоро отпадет, — сказал я. — Меня не привлекает перспектива видеть сны такого рода, какой только что меня посетил.

— Эта потребность отпадет, — успокоил меня Альберт.

Оглядевшись по сторонам, я недоверчиво присвистнул.

— Полагаю, я привыкну ко всему этому, — сказал я с некоторым сомнением. — Правда, поверить невероятно трудно.

— Ты не представляешь, как долго мне пришлось к этому привыкать, — признался Альберт. — Труднее всего было поверить в то, что меня пустили в такое место, которого, по моим понятиям, не существует.

— Ты тоже в это не верил! — воскликнул я с облегчением.

— Верят очень немногие, — продолжал он. — Некоторые произносят пустые слова. Другие даже хотят поверить. Но верят немногие.