Она глотнула и поморщилась; струйка огня проникла в горло. Пэгги закашлялась и отодвинула флягу омертвелыми пальцами.
Позади зашуршало.
— Старушка Олив Ойл очнулась, — сказал Лен.
— Ты хорошо себя чувствуешь? — спросила Барбара.
Пэгги чувствовала себя хорошо. Сердце билось медленно и спокойно; оно висело в груди, точно барабан на рояльной струне. Ноги и руки онемели, но не окоченели от холода, а просто были вялыми. С сонной умиротворенностью в голове шевелились мысли, мозг пробуксовывал, как неповоротливая машина, увязшая в груде тюков шерсти.
Да, Пэгги чувствовала себя хорошо.
Она сонно смотрела в темноту. Кабриолет затормозил на вершине холма, у самого обрыва. Далеко внизу спала деревня: мозаика огней и теней под белой как мел луной.
Рука Бада змеей обвилась вокруг девичьей талии.
— Где это мы? — спросила Пэгги.
— В двух-трех милях от колледжа, — ответил Бад. — Как ты, детка?
Она потянулась, наслаждаясь упругостью мышц, а потом откинулась назад и повисла на его руке.
— Замечательно.
Пэгги рассеянно улыбнулась и потрогала синяк на левом плече. По телу разливалось тепло, ночь была опьяняюще темной. Где-то вдалеке шевельнулись воспоминания, но тотчас спрятались в густых складках настоящего.
— Подружка, ты совсем отключилась, — рассмеялся Бад.
Барбара и Лен подхватили:
— Отключилась! Олив Ойл оказалась пьянчужкой!
— Я отключилась?
Ее неуверенный шепот никто не расслышал.
Фляжка вернулась к ней, она глотнула снова и еще больше расслабилась, когда огненная жидкость растеклась по венам.
— Черт возьми, таких чумовых танцев я еще не видел! — признался Лен.
Мгновенный холодок пробежал по ее спине, но тепло тут же вернулось.
— Ах да, — сказала Пэгги. — Все правильно. Я просто забыла.
Она улыбнулась.
— Вот это я и называю торжественным финалом! — заявил Лен и притянул к себе податливую подружку, промурлыкавшую:
— Ленни, мой мальчик.
— ЧУМ[172], — пробормотал Бад, погладив Пэгги по волосам. — Чертовы сволочи!
Он лениво потянулся к ручке радиоприемника.
Их окружила музыка, пальцы светлой грусти коснулись сердец. Пэгги, прижимаясь к своему ухажеру, уже не испытывала желания оттолкнуть его нетерпеливые руки. В глубине ее разнежившегося рассудка кто-то еще пытался сбежать. Он отчаянно бился, точно мотылек, что угодил в застывающий воск, но лишь терял последние силы, а кокон все твердел.
Четыре голоса тихо напевали в ночи:
Четыре молодых голоса, шепот посреди бесконечности. Четыре тела, две пары, размякшие и опьяненные. Пение, объятия… и безмолвное согласие.
[172] ЧУМ (частично управляемый мертвец) — физиологическая аномалия, возникшая в ходе Третьей мировой войны. Тогда после распыления определенного вида бактериологического оружия многие инфицированные солдаты пребывали в вертикальном положении и совершали судорожные вращательные движения, позже получившие название «чумовой танец». Впоследствии из штамма, вызвавшего этот эффект, был выделен экстракт, который применяют в научных экспериментах, проводимых по официальной лицензии и под строгим контролем.