Избранные произведения в одном томе: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— А что?

— Когда он переехал сюда около месяца назад, то был в полном порядке. И даже еще сегодня днем не выглядел больным.

— Никогда не угадаешь, — сказал я.

— Да уж. — В глубине ее глаз отражались страх и смятение.

— Что ж, мне тут помочь нечем. От боли он не страдает. Все это только вопрос времени.

Консьержка кивнула.

— А сколько ему лет? — спросил я.

— Он никогда не говорил.

— Понятно. — Я снова подошел к кровати.

— Я слышал, что вы сказали, — обратился ко мне старик.

— Вот как?

— Вы спросили, сколько мне лет.

— А сколько вам лет?

Он хотел ответить, но на него напал сухой кашель. Я заметил стакан воды на тумбочке возле кровати; присев рядом, поддержал старика, пока он пил. Потом я уложил его обратно на подушку.

— Мне всего один год, — сказал он.

Я никак не отреагировал. Просто смотрел на его спокойное лицо. Затем, нервно улыбнувшись, поставил стакан обратно на тумбочку.

— Вы мне не верите, — заметил он.

— Ну… — Я пожал плечами.

— Но это чистая правда.

Я кивнул и снова улыбнулся.

— Я родился тридцать первого декабря тысяча девятьсот пятьдесят восьмого года. Ровно в полночь.

Он закрыл глаза.

— Что толку? — произнес он. — Я рассказывал об этом сотне людей, и ни один из них не понял.

— Расскажите мне, — предложил я.

Прошло несколько мгновений, он медленно втянул воздух.

— Через неделю после рождения, — начал он, — я уже ходил и говорил. Самостоятельно ел. Отец с матерью не могли поверить своим глазам. Они отвели меня к врачу. Не знаю, к какому выводу он пришел, но делать ничего не стал. Да и что он мог? Я ведь не болел. Он отправил меня с родителями домой. Преждевременное развитие, вот что он сказал.

Еще через неделю мы пришли к нему снова. Я помню, с какими лицами везли меня туда отец и мать. Они боялись меня.

Врач не знал, что делать. Он созвал специалистов, и они тоже не знали, что делать. Я был нормальным четырехлетним ребенком. Они стали за мной наблюдать. Они писали обо мне статьи. Родителей я больше не видел.

Старик на миг умолк, затем продолжил тем же механическим тоном:

— Через неделю мне было шесть лет. Еще через неделю — восемь. Никто ничего не понимал. На мне испробовали все, но так ничего и не помогло. Мне исполнилось десять, потом двенадцать. В четырнадцать я сбежал, потому что мне до смерти надоело, что на меня постоянно таращатся.