Сладкие папики: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— А вот теперь я чувствую себя странным, — засмеялся Рик.

— Ты странный, — ухмыльнулся Карл. — Всегда.

— Как скажешь, — Рик усмехнулся, обнял нас за талию и притянул к себе так крепко, что, когда он это сделал, на меня обрушился запах Карла, и он был темным и глубоким, и ощущался, словно кожа на коже. — Я тот клей, который удерживает это дерьмо вместе.

— Не сегодня, — сказал Карл, и от его тона у меня снова пересохло горло. — Сегодня Кэтти будет удерживать нас вместе. — Он улыбнулся, и от этой улыбки мое сердце пропустило удар. — В буквальном смысле.

Буквально. Я представила смазку на туалетном столике, похожие на веревки вены на мясистом члене Карла, и задалась вопросом, смогу ли я на самом деле принять хотя бы его, не говоря уже о них обоих. Ох, твою же ж мать!

Карл первым заказал мороженое.

— Клубничное и шоколадное, — сказал он. — Всегда выигрышная комбинация. — Он взял свой конус, и я чуть не сгорела, когда он лизнул, его глаза интенсивно смотрели на меня.

Он бросал мне вызов, заставляя меня сломаться и убежать. Но нет. Ни единого гребаного шанса.

Я наклонилась к стойке и пыталась выглядеть спокойной.

— Два шарика клубничного, — попросила я. — Как можно не любить двойную порцию. — Я облизнула мороженое. — Вкусняшка. — Я подмигнула Карлу, и он действительно улыбнулся.

— Выскочка, — сказал Рик, — тогда я, пожалуй, съем банановый сплит с шоколадным соусом… и побольше орехов (Примеч. в оригинале фраза с двойным смыслом, так как nuts переводится не только как «орехи», но на сленге означает «яйца»), — добавил он.

Карл рассмеялся, хлопнул того по спине, и его улыбка, когда он смотрел на меня, была такой, какую я никогда раньше не видела. Я выдержала давление, я увидела это в глазах Карла. Просто вспышка восхищения или принятия. И хотя на самом деле не знала, что это было, но это взволновало меня.

Солнце, коктейли, мороженое и быстрая смена одежды, и мы снова были на улице, наслаждаясь ритмом в клубе «Волна» — танцевальном баре на пляже, с громкими мелодиями и диско-огнями, а также сухим льдом и трансвеститами. Я была в черном платье с блестками, открывающим спину, которое едва прикрывало мою задницу и сверкало под огнями клуба. Я танцевала в открытых туфлях, демонстрирующими розовый блестящий лак на пальцах моих ног. И там был Рик в обтягивающей белой футболке, его хипстерские джинсы демонстрировали косые мышцы бедер, когда он танцевал рядом со мной со светящимися браслетами на запястьях. Рик умел двигаться. Он подпрыгивал и кружился, крича, когда звучали басы. Рик был горячим, живым и свободным.

Он прижался ко мне, опустив руку на талию, предъявляя права на меня, пока его губы щекотали мое обнаженное плечо, и я хотела этого. Я хотела принадлежать ему.

Трек сменился, и зазвучал тот, который я знала, который мне безумно нравился. Поэтому подскочила на месте, уверенная в себе и готовая к вечеринке, затем обвила руками шею Рика, когда он поднял меня, повернул в своих рука только для того, чтобы опустить у ног Карла. От тепла тела Карла у меня по спине пробежали мурашки. Я бросила на него взгляд через плечо, и он шагнул ближе, так близко, что его грудь прижалась к моей обнаженной коже.

Он обвил рукой мою талию, а Рик прижался ко мне спереди, и я двигалась вместе с ними, зажатая между двумя твердыми телами. Бедро Рика вклинилось между моими, когда он схватил меня за бедра и начал покачивать ими в такт. Я вытянула руки, запрокинула голову назад. Рик коснулся губами моей ключицы, щекоча меня. Начинается. Но я была готова — уверенная в себе в сверкающей одежде, подстегиваемая алкогольным жаром в животе. Я потянулась руками к Карлу, пальцами нашла его затылок и запуталась в волосах. Они были такими гладкими и мягкими, а кожа теплой.

Карл медленно двинул вверх рукой на моей талии, пальцами коснулись моих ребер. Я резко втянула воздух, когда он достиг выпуклости моей груди. А язык Рика так приятно касался моего горла. И потом улыбнулась, откинув голову на плечо Карла, когда тот сжал мою грудь.

Да.

Карл прижался промежностью к моей пояснице, он ощущался даже еще больше — твердый столб горячего гребаного члена. Ощущение его заставило меня извиваться, и я повернула лицо, прижимаясь к нему задницей.

Поцелуй меня.

Я нервничала, несмотря на влияние алкоголя. Так нервничала, что мой живот превратился в трепещущее нечто. Нервы слегка успокоились, когда Рик крепко прижал бедро к моей киске. Его бедро раскачивались достаточно, чтобы это ощущалось правильно.

Я посмотрела на Карла, его лицо было таким точеным в лучах танцпола, так не вязалось с блеском и свечением этого места.

Поцелуй меня.

Мои веки затрепетали, а затем закрылись, мои губы приоткрылись, пока Рик посасывал мою шею, а затем почувствовала щетину — это щека Карла коснулась моей, прежде чем он поцеловал меня в уголок губ. Я почувствовала его пальцы в своих волосах, и он наклонил меня еще ближе, его глаза потемнели, когда он замер, — его губы были в миллиметре от моих.

Поцелуй меня, просто, черт возьми, поцелуй меня.

И он действительно поцеловал меня. Его губы были твердыми, но мягкими, требовательными, но в то же время дразнящими. Его язык был сильным, Карл проскользнул своим языком меж моих губ, чтобы поймать мой, и они схлестнулись в танце у меня во рту, в одном ритме друг с другом.

Горячее дыхание и горячие руки, напряженное гребаное бедро Рика напротив моего клитора. Я извивалась и корчилась, мои руки были заняты двумя сексуальными парнями, двумя твердыми телами, двумя макушками с мягкими волосами. Мой рот был занят двумя горячими ртами, двумя жаждущими языками, двумя мужчинами, которые становились все более настойчивыми с каждым рваным вздохом. Я еще крепче прижала Карла к своей спине, двигая бедрами, чтобы подразнить его член, и он толкнулся, прижимая меня к себе и вдавливая всю свою длину к расщелине моей задницы, в то время, как Рик прижимался к моей киске.

Зажатая. Крепко зажатая между двумя членами. Два твердых члена напряглись, чтобы быть внутри меня, и я хотела этого. Я хотела их.

Я стала смелее, невесомо скользнув ладонью по щеке Карла, когда мое тело привыкло к нему. Он все еще пугал меня, его сталь все еще заставляла меня дрожать где-то в глубоких, темных уголках меня, но я начинала узнавать его. И мне начинало нравиться то, что я узнавала.