Я завернула во двор, проползла мимо дома Джека на знакомое место возле кормушки. Джек уже вышел, перекладывая щепки из одного ящика в другой.
Мой желудок слегка сжался при виде его. Он не был стар, лет пятидесяти пяти, хотя выглядел побежденным. Изможденный старик в теле в самом расцвете сил.
Он выглядел так, словно вырос в деревне. Настоящий фермер, с добрым лицом и обветренными руками… с глазами, которые за последнее время слишком много повидали.
Одинокий. Он был просто одинок. Но он не хотел этого.
Джек поднял бровь, когда я вылезла из машины в одних носках.
— Не спрашивай, — проговорила я.
— И не собирался, — улыбнулся он. — Долгая ночь?
— Ты сказал, что не будешь спрашивать.
— Я спрашивал не о носках, а о твоей ночи. — Его глаза блеснули, и он закурил.
— У меня было свидание, — ответила я. — Оно прошло… хорошо.
— Так где же он? — спросил Джек. — Недостаточно хорош, чтобы встретиться с твоим мальчиком?
— Не-а, — усмехнулась я. — Никто не встретится с Самсоном, пока все не станет серьезно. Ему не нужна череда отчимов у дверей конюшни. — Я выудила сапоги из багажника, пока Джек сокращал расстояние между нами.
Выражение его лица было тяжелым, и у меня упало сердце.
— Банк снова на меня наехал.
Я постаралась улыбнуться.
— Мне нужно еще несколько месяцев.
Он вздохнул.
— Не знаю, есть ли у меня столько времени. — Он посмотрел мне прямо в глаза. — Ты никак не можешь попросить, эм, своего отца?
Я сожалела о том дне, когда проболталась о своем тупом раздражающем папаше.
Только от одной этой мысли меня затошнило.
— Я достану деньги, — твердо сказала я. — Только не от него. Лучше предпочту съесть свое собственное дерьмо.
Джек поморщился.
— Я знаю, милая. Прости, что спросил. Ты же знаешь, каково это, какие сейчас времена.
— Знаю.
И я знала. Знала, как тяжело приходится Джеку. Его жена сбежала в прошлом году, прихватив с собой старшего бригадира, и Джеку самому пришлось собирать все по кусочкам, практически в одиночку управляя хозяйством в суровые зимние месяцы, когда цены вокруг росли, а прибыль снижалась. На его земле было всего несколько конюшен и жалкое подобие выездного кольца, но я здесь уже много лет, и мне это нравилось. Это было наше место — Самсона и мое — мы принадлежали этому месту. Просто хотелось сделать это официальным.
Джек хотел сдать мне землю в аренду, потому что ему нужны были деньги, но он нуждался в них заранее. Иначе ему придется продать дом. Продать и выгнать меня.
Мысль была ужасной.
Мы были прямо у леса, акры и акры идеальные для верховой езды. Я мечтала о конюшне с тех пор, как впервые увидела это место, и только укрепилась в желании, как только Самсон прибыл в конном грузовике, и я отвела его в стойло. Это было правильно.
— Я могу дать тебе немного сейчас, если надо…
Он покачал головой.