Я взял ее волосы и скрутил их, обернув вокруг своего кулака, и потянул достаточно сильно, чтобы она откинула голову назад.
— Расскажи Рику, каково это.
Она тихонько всхлипнула.
— Расскажи Рику, каково это, — повторил я, лизнул ее лицо, мое дыхание было у ее уха.
— Это… глубоко, — проговорила она. — Ох, блядь, это… жестко, так жестко… и больно… это так чертовски приятно больно…
— Трахни ее. — Голос Рика был хриплым.
Моя плоть ударялась о плоть Кэтти, ее тело все сильнее прижималось к столу.
— Трахни ее, Карл. Трахни эту сладкую маленькую щелку.
Я изменил угол проникновения, и она закричала, но извивалась, двигая бедра мне навстречу.
— Я собираюсь кончить, — простонал я, и она застонала для меня.
— Трахни ее, Карл, — повторил Рик, и я услышал резкость в его голосе, его прерывистое дыхание.
— Черт… — прорычал я. — Ох блядь…
Я обильно кончил, потянув Кэтти за волосы сильнее, чем следовало бы, но ей было все равно, она даже не пискнула.
Мои яйца подтянулись, выпуская в нее сперму, пока она напрягалась, брыкалась и выдаивала мой член.
Я прижался лбом к ее плечу, и она, откинувшись назад, поцеловала меня в висок.
— Вы все еще там? — спросил Рик. — Я только что обкончал свой стол. — Он рассмеялся. — Блядь, ребята, это было чертовски жарко. — Он замолчал. — Я же говорил тебе, что это хорошая идея, Карл.
— Высокомерие тебе не идет, Рик. Никто не любит умников.
Я отстранился от Кэтти, и она застонала, захихикав.
— Тебе лучше быть готовым ко второму раунду, — сказал я. — Мы уже едем домой.
— Поторопитесь, мать вашу, — ответил Рик.
Глава 30
Кэтти
Раньше я думала, что мечты постоянны и неизменны, что они проходят через всю жизнь. Наверное, в отношении некоторых — это верно. Возможно, новые появляются и исчезают, меркнут и тускнеют, и могут быть заменены другими. И, возможно, некоторые мечты возрождаются из пепла.
Например, мечта об отце, который бы любил меня.
Я вздохнула, лелея эту мечту, держа в руках недоуздок, пока шла через щепки, чтобы забрать своего пушистого мальчика. Это наш большой день. День, ради которого мы тренировались. День, который я так ждала.
Я старалась не позволять словам Джека омрачить мой настрой, игнорируя печаль, свернувшуюся клубком в животе. Теперь я точно знала, что моя мечта, связанная с этим местом, действительно развеялась. Потому что видела письмо, в котором черным по белому было написано, что банк намерен вступить во владение подворьем, если в течение двадцати восьми дней не найдется покупатель. Маленькая девочка во мне кричала, что я должна принять щедрое предложение Карла и сделать это место своим собственным, но я никогда не соглашусь на это, никогда не променяю свою мечту на его мечту, которую, возможно, никогда не смогу осуществить.
Я позвала своего мальчика, и он прибежал. Надела недоуздок и повела его во двор, в моем животе порхали бабочки, которые притупляли боль.
— Только мы, Самсон, — сказала я. — Наше особенное время, наш особенный день.
Мне хотелось сделать это в одиночку, хотелось сделать все самостоятельно. Мой трейлер был готов, осталось только погрузить Самсона, который был вычищен и отполирован до блеска. Я вымыла и вычесала ему гриву, заплела хвост, застегнула дорожные ботинки для копыт, так что он был готов к отъезду. Тот жевал сено, навострив уши, и я закрыла дверь, улучив момент, чтобы поцеловать его в мохнатый нос.
— Я люблю тебя, — сказала я. Потом погладила его, и он боднул меня. Это заставило меня улыбнуться. — Это оно, мальчик. Это наш великий момент. Будет весело, обещаю.