Она отрицательно покачала головой.
— Все в порядке. Мама на работе. Я большая девочка, она не беспокоиться обо мне.
— Она твоя мама. Мамы беспокоятся. — Я приподнял бровь.
— Я никогда не давала ей поводов для беспокойства, — ответила она. — Это намного выше моего обычного уровня сумасшествия.
— Ты в полной безопасности, — сказал я. — Риск, который окупился.
— Ага. — Она улыбнулась, но ее взгляд был направлен на Рика. — Это так.
Выпивка всегда облегчает разговор. И пока Рик заливал в себя пиво, а Кэтти расслаблялась за парочкой бокалов вина, я сохранял рассудок незамутненным, воздерживаясь от алкоголя совсем. Я позволил им говорить и наблюдал. Я всегда наблюдал.
Рик рассказал ей о графическом дизайне и заставил смеяться над несколькими своими клиентами. Только он может сделать работу смешной. Потом тот расспрашивал ее об университете, друзьях, о лошади.
Она показала ему тысячу фотографий, а мне только одну.
Она задала ему тысячу вопросов, но мне всего несколько.
Она дотрагивалась до его руки сотню раз, но держалась как можно дальше от меня.
Тем не менее, она украдкой находила меня глазами и продолжала смотреть. И в ее глазах светилась нервозность, опьяняющая нервозность, которая толкали меня сказать «к черту», схватить ее напряженное маленькое тело и выебать на кухонном островке. Но я ничего не делал, просто наблюдал.
Когда они в очередной раз вышли покурить, я взглянул на часы — время шло. Уже пробила полночь, и ставки становились все выше. Трахаться или не трахаться.
Ее выбор, и я не знал какой он.
Когда они вернулись, она шла с ним под руку. Рик скользил своими пальцами по нежной коже ее предплечья. Она слегка опиралась на него, ее улыбка была яркой, а тело расслабленным. Это заставило меня чувствовать себя на удивление раздраженным, изгоем в своей собственной кухне, хотя знал, что сама мысль об этом была нелепой.
Глаза Рика сказали мне, что мысль была нелепой.
Он взял из холодильника еще одно пиво и на этот раз подошел ко мне, прижавшись своим телом к моему, его рука обвилась вокруг моей талии. Кэтти смотрела, и ее зрачки стали большими, вино делало ее откровенно любопытной.
Она представила, как мы трахаемся. Я практически видел это в ее глазах. Без сомнения я был бы сверху, Рик извивался подо мной, пока бы я вколачивался в его горячую тугую задницу.
Она была настолько права.
Словно по команде, она скрестила ноги, и я наблюдал, как она сжала бедра.
Она была мокрой. Мокрой и тугой. Возбужденной и нуждающейся.
Мы должны взять ее. Трахать, пока она не закричит, как маленькая сучка, и не отработает эту тысячу.
Рик дышал мне на ухо.
— Скоро спать?
Я кивнул.
— Определенно. — Я уставился на Кэтти, наслаждаясь тем, как она раскраснелась от вина и смущения. — Тебе понадобиться свободная спальня?
Она накрутила прядь волос на палец, и это не должно было быть провокацией, уверен в этом, просто рассеянное движение, но оно отозвалось прямо в моем члене.
— Думаю, да, — проговорила он. — Если вы не возражаете? Я имею в виду, я останусь с вами, просто, первая ночь…
— Все хорошо, — ответил Рик. — Мы поняли. Свободная спальня, никаких проблем.
Я не сказал ни слова, да и не было в этом никакой необходимости.