Я подался вперед, с трудом переставляя ноги. Потянулся к крепкому толстому стволу и коснулся его странной обветренной коры ладонью – она была влажной, как земля под ногами. В воздухе висел слабый, неприятный запах гнилой рыбы. От корней по стволу взбирался густой зеленый мох.
С этим деревом точно было что-то не так. Я это почувствовал. Этому обиталищу злых духов было уже две тысячи лет. Просто стоя рядом с ним, можно было потерять сознание от головокружения.
– Так вот, в Японии, – продолжил Юдзуру высоким, почти женским, голосом, – насколько мне известно, есть еще три гигантских лавра. Камфорный лавр растет в основном в Западной Японии, а еще таких деревьев особенно много на острове Кюсю. Сам иероглиф «камфорный лавр» состоит из двух частей: «дерево» и «юг». Выходит, это буквально дерево, растущее в теплых южных регионах. Например, в парке Табару-дзака в префектуре Кумамото есть одно знаменитое дерево. Во время Сацумского восстания[50] его сухие ветки использовали не только как дрова, но еще и как оружие. А ведь по сравнению с нашим деревом оно еще совсем юное! Каких-то триста лет, и ствол в обхвате всего около шести метров…
Есть еще дерево в Такэо, префектуре Сага. Благодаря ему камфорный лавр стал символом префектуры. Его окружность у основания ствола – двадцать пять метров, на высоте четырех метров уже меньше – всего двенадцать с половиной; крона с севера на юг – двадцать девять метров, а с востока на запад – двадцать четыре. Высота дерева – двадцать шесть метров, почти как наш великан. И возраст насчитывает тысячу лет! Его еще называют «лавр Каваго», по названию протекающей рядом реки, а местные прозвали его «лесом одного дерева» и поместили у корней святилище богини Инари[51]. На Кюсю и в Ямагути часто можно встретить такие «леса» из одного дерева. На коре некоторых встречаются изображения Ачалы[52]; ведь люди издревле верили, что в огромных деревьях обитают могущественные духи – как злые, так и добрые. Для японцев неважно, добрых или злых богов почитать. Гневному духу они поклоняются еще охотнее, отдавая дань уважения и стараясь не разозлить.
– Вы правы, – согласился Митараи.
– Еще одно дерево есть в Атами, на полуострове Идзу. Служители святилища Киномия, у которого оно растет, утверждают, что ему две тысячи лет. Оно очень большое! Кажется, будто два ствола переплелись в один, окружность которого достигает пятнадцати с половиной метров, а высота – около двадцати. С этим деревом в святилище Киномия связана одна странная традиция. Вокруг ствола неспроста обвязана соломенная веревка симэнава[53] с тысячей бумажных журавликов. Говорят, что если обойти вокруг дерева по тропинке, то оно продлит твою жизнь еще на один год. Так что я тоже раз десять обошел лавр!
– Значит, будете жить долго, – подпел Митараи.
– Так что в Японии есть еще такие деревья, но их всего три. Четыре, включая этот лавр. Камфорный лавр растет только в теплых краях, поэтому-то их много на Кюсю и в Атами. А вот то, что настолько большой экземпляр вырос здесь, в Йокогаме, – очень необычно. Для ботаников это тоже загадка!
– Действительно! Я как-то слышал, причина в том, что он питался кровью казненных здесь преступников.
– Ну, конечно! Напился крови преступников и вырос таким огромным… не смешите! Хи-хи-хи! – Юдзуру снова странно рассмеялся. Его смех разнесся по заднему двору, теперь заполненному густым туманом, как радостный крик какого-нибудь ёкая[54]. Находиться там было жутковато.
Резко поднялся ветер, и разом зашумели в ответ листья окружавших нас растений. Наполненный этом звуком мир, казалось, лишился цвета и совершенно утратил признаки животной жизни, обратившись в мир бездвижных растений.
– Но все-таки интересно. В Токио, в районе Минато, где я учился в школе, тоже было большое дерево каштанника – такое сильное, что корнями вздыбило землю. Я долго думал, почему же он вырос настолько большим, а недавно узнал, что в период Эдо там была резиденция семьи Хосокава[55].
– Хосокава? – переспросил я.
– Вы могли слышать о ней в «Предании о сорока семи ронинах»[56] – в этом особняке заговорщики встретили смерть, достойную самураев.
– Ооо… – Я почувствовал, как по телу побежали мурашки.
– Именно в нем второго февраля тысяча семьсот третьего года один за другим совершили ритуальное самоубийство семнадцать ронинов[57], включая Ёсио Оиси[58]. Говорят, тогда у дерева и появилось странное свойство – впитав человеческую кровь, оно поглотило еще и их духовные силы и стало таким огромным!
Потрясенный, я лишился дара речи.
– Кстати, полицейские тщательно обыскали сам дом и территорию вокруг него? – спросил Митараи.
– Зачем? – не сговариваясь, одновременно спросили я и Юдзуру.
– В поисках петуха! – раздраженно ответил мой друг. – Бронзовой статуи петуха с крыши.
– А, петух!.. Да, похоже, полицейские его искали, – ответил Юдзуру.
– Но не нашли?
– Нет, не нашли.
– Интересно, насколько тщательно… они искали на камфорном лавре?
– На дереве?!
– Да.
– Но почему там?
– Звучит неразумно, но вряд ли в нашем случае стоит полагаться на здравый смысл. Нам стоит поискать там.
– Нет, на лавре точно не искали.
– Предлагаю завтра, как рассветет, залезть на дерево и поискать. Сейчас уже совсем темно.
[50] Сацумское восстание – антиправительственное восстание нетитулованной аристократии Японии под руководством Сайго Такамори, произошедшее в 1877 г. на юго-западе о. Кюсю. Также называется «война Сэйнан». Завершилось победой правительственных сил и самоубийством лидера повстанцев.
[51] Инари – синтоистское божество изобилия, риса (и злаковых культур вообще), лис, промышленности, житейского успеха. Одно из основных божеств синтоизма.
[52] Ачала (Фудо: «недвижимый, неизменный», яп.) – гневное божество-защитник в буддийском направлении Ваджраяна. Относится к Видья-раджа и считается самым сильным из них, занимая по этой причине важное положение в ваджраянской иконографии. Почитается в основном в Китае и Японии.
[53] Симэнава – веревка, сплетенная из рисовой соломы нового урожая, которой в традиционной японской религии синто отмечают священное пространство. В качестве материала также используется высушенная трава, связанная при помощи жгута, и букеты из прутиков.
[54] Ёкай – сверхъестественное существо японской мифологии. В японском языке слово «ёкай» имеет очень широкое значение и может обозначать практически всех сверхъестественных существ японской мифологии или даже заимствованных из европейской.
[55] Род Хосокава – японский самурайский род периодов Муромати, Сэнгоку и Эдо в XIV–XIX вв.
[56] «Месть Ако», «Сорок семь ронинов» (буквально «Странствующие самураи из Ако»; реже – «Сорок семь самураев») – основанное на реальных событиях японское народное предание, повествующее о мести сорока семи бывших самураев за смерть своего господина.
[57] Ронин – воин феодального периода Японии, потерявший покровительство своего хозяина либо не сумевший уберечь его от смерти.
[58] Оиси Ёсио был камергером области Ако в провинции Харима; известен как лидер Сорока семи ронинов в их мести 1702 г. Его часто называют по титулу – Оиси Кураноскэ.