Ветка. Это всего лишь слишком низко растущая ветка.
От паники я не сразу поняла, что Даин вернулся, отцепил кусок ткани от ветки, даже не порвав, и вздохнул.
— Ты куда? — я не выдержала и вцепилась в рукав его куртки. Не любишь, чтоб тебя хватали, не люби и сестёр пугать!
Даин свободной рукой двумя пальцами показал на глаза и обратно в чащу. Смотрит… или следит.
«Подождёшь?» — в этот раз вопрос обозначил приподнятыми бровями.
— Н-нет, я тут одна не останусь, — я ещё сильнее вцепилась в рукав, не зная, что меня так напугало, кроме внезапности его действий. И инстинктивного человеческого страха пред лесом.
Даин пожал плечами и не стал продолжать уговаривать, только подцепил поудобнее под локоть и отодвинул ветви с нашего пути. Сам он и тут умудрялся быть почти идеальным, ни обо что не цепляясь и не спотыкаясь. Правда, опыт посещения леса у него куда богаче и шире. Хотя меня тоже пытались брать на охоту, и я даже не спугнула добычу… Просто добыча спугнула меня. А мама и Даин потом бегали и искали, куда же я запропастилась.
Заросли внезапно кончились, выпустив нас на идеально круглую поляну.
— Ого, — протянула я, не знавшая и не предполагавшая, что совсем рядом такое место есть. — Мне кажется, тут что-то было.
Даин пожал плечами и, отпустив мою руку, прошёл чуть дальше, я преданной тенью семенила следом, остановившись лишь одновременно с ним.
Брат огляделся по сторонам, а потом остановил взгляд на земле, вновь пожал плечами, будто кому-то отвечая, и обернулся ко мне — с виноватой улыбкой.
«Идём».
— А… да, — поспешно закивала я, чувствуя некоторое облегчение, когда мы вернулись на тропинку.
***
— Ми-и-ндль, — притворно угрожающе протянула Нисса, скрестив руки за спиной, и я подалась чуть вперёд, впрочем, оставаясь частично скрытой её пышными кудряшками.
— Секунду, — не оборачиваясь, отозвалась Миндль, не отвлекаясь от работы — с колесом телеги она возилась все те десять минут, которые мы её ждали. — Никто ж за меня не доделает…
Ждать её пришлось ещё минут пять: пока она закончила, отряхнулась от пыли и чуть распустила пучок — заколотые светлые волосы упали на спину тонким хвостиком, освобождаясь от плена.
— Я всё, — деловито объявила она, протирая очки о подол длинной рубашки.
— А раньше или позже нельзя было этим заняться, — скривила обиженную гримасу Нисса.
— Нет, никто за меня не сделает, — всё так же невозмутимо повторила Миндль. — Красивая ленточка, — кивнула мне.
— Спасибо, — я встряла между ними, подхватив под руки — Миндль была выше на полголовы, а Нисса, напротив, на столько же ниже. Забавная последовательность. — Н-ну-ну, ладно, идём, — прощебетала я.
Нисса, как и я, родилась и выросла здесь, в этой деревне, почти никогда её не покидая. Миндль — горожанка, переехавшая сюда лишь года полтора назад из-за семейных проблем вместе с матерью. Нисса единственная, с кем, кроме семьи, я общалась с самого детства, но для неё я себя чувствовала одной из многих. Миндль была той, кого привела в нашу крошечную компанию именно я, зацепившись за неё именно из-за того, что она держалась ото всех особняком, стеснённо. Из-за этого с Миндль общаться было легче.
— Поесть зайдём? — предложила я наугад.
— Можем к моим родителям… — начала Нисса.
— Таверна ближе, — пожала плечами Миндль.
Я не была уверена, что хочу сейчас, не настроившись заранее, находиться среди посторонних людей, но отказывать не хотелось тоже, потому, после их недолгого совещания, послушно поплелась за ними в таверну — кондитерская родителей Ниссы пришлась бы мне больше по душе, но та, видимо, решила всё-таки отдохнуть от своих.
Постороннесть людей была, признаться честно, относительная, в нашей деревне не так уж много людей, да и настоящие посторонние останавливаются здесь в это время не так уж и часто — летом все боятся перемещаться близкими к лесу путями, так что иногородние бывают здесь в основном в холодные времена. А местные все друг друга знают если не по именам, то хотя бы в лицо.
— Скажешь за меня? — робко подёргала я Ниссу за рукав, протягивая ей несколько медяков. — Как обычно.
— Да, конечно, — энергично кивнула она, её рыжие кучеряшки качнулись от движений.
Я тем временем заняла стол у окошка, подальше от громкой компании взрослых, что-то шумно и не в очень хороших выражениях обсуждавших. Скользнула взглядом по ним, втихаря изучая: женщину, развернувшую на столе какой-то лист (карта? схема?) я знала хорошо, это соседка Ниссы, мужчину рядом с ней тоже, оружейник, а остальные трое были мне не очень знакомы. Может, и видела, а может, нет.