Вздох, и первый, помедлив, всё же подложил в кроватку замену.
«Как бы нам это не аукнулось».
«Лес всех сравняет».
«Лес», — эхом.
Два силуэта синхронно, одним движением, выпрыгнули в окно — но теперь с новой поклажей, — и скрылись в темноте, сливаясь с деревьями, не став проверять, всё ли вышло, доверяясь инстинктам.
Тишину дома пронзил детский крик.
***
Люди.
Люди идут — и лес кричит, птицами, сломанными ветвями, спугнувшимися животными.
Она слышит этот крик, мчась через лес, пытаясь увести — бесполезно, уже слишком поздно, они нашли их дом, небывалое событие, никогда лесной народ не удавалось выжить со своего места.
Бежит — она здесь своя, она часть леса, она может проникнуть в любой уголок, но не должна, если хочет дать возможность скрыться хоть кому-то, пока люди не поняли, что остались живые, кроме неё, пока она ещё их слышит.
Деревья послушно расступаются, смыкаясь перед преследователями.
Охота. Они называют это охотой. Она — добыча.
Та, кто всю жизнь сама водила за нос других, завлекая, стала лишь добычей.
Вскакивая на возвышение, легко цепляясь за корни, пронизывающие здесь всё, кричит — без слов, понятных человеческому уху, отчаянно.
И встречаясь взглядом с одним из них — копирует его ухмылку почти неосознанно, въевшимся навыком, начиная изменяться, но тот выпускает стрелу раньше.
И в этот момент голоса вокруг пропадают, и, слыша их последние обрывки, она смеётся, смех сначала звучит вполне по-людски, но, когда её перехватывают за волосы, сливается со звуками леса, гармонично ложась в природную мелодию, заставляя своих убийц вздрогнуть.
Она почти счастлива, умирая здесь.
========== Глава 1. Этайн ==========
— Н-но вы уже в-взяли деньги, — пролепетала я, комкая пальцами лямку сумки.
— Не неси чепухи, девочка, — торговец, едва отложив пару яблок, деланно медленно возвращал их на место на прилавке.
— Но я уже д-дала… — слова приходилось выталкивать, они застревали в горле, подавляемые сомнениями — может, действительно не заплатила? Но ведь я держала монеты в руке, а теперь их нет, и на земле нет. Может, я их и не достала? А вдруг я задумалась, забыла дать и оттого нечаянно, но лгу? Он так уверенно говорит.
Со спины кто-то подошёл, замерев как моя тень, и ладонь Даина опустилась на прилавок — он не вышел вперёд, будто прикрывая мою спину, но я почти чувствовала, как выразительно он смотрел на торговца поверх меня.
Даин весьма высокий, выше меня и большинства наших знакомых, и умеет правильно смотреть.
— А… Ну да, вот они, — торговец нехотя положил на прилвок всё-таки оплаченные (я не придумала! мне не показалось!) четыре яблока. — Могла бы просто сказать.
— Н-но я ска…
Даин сгрёб яблоки с прилавка и закинул в свою сумку, подхватил меня под руку и повёл дальше, остановившись лишь через полминуты в теньке.
Я не умею отстаивать себя — не умею защищаться, постоянно попадаю в такие проблемы. Ирония в том, что, как бы плохо я ни взаимодействовала с людьми, на самом деле, Даин делает это ещё хуже, если рядом нет меня или Эдельвейс. Обычно он просто уходит в себя, но главное…
Даин подёргал меня за рукав, привлекая внимание, и указал пальцем в мою сторону.
«Тебе…»