Что плотоядные вороны,
Что люди – всё едино мне!..
Две полосы проведены.
Настало время видеть сны.
Всё это
Будоражащий взор. И искомканы звуки.
Плоть нежна, как арбуз. У небесной реки
Я вопила, смотря на дрожащие руки,
Отвергая дары одинокой тоски.
Искромсала ткань снов, будто что-то искала.
И хребет поёт песни – натянутый лук.
Верховой я пожар. Я всё ем – и мне мало.
Упоителен сердца встревоженный стук.
Так отчаянно стать пробудилась у вьюги –
«Дай любви мне! Тепла!»… Крик сорвался в ночи.
Грязь и пепел. Слеза. Будто в ведьмином круге,
А ты учишь меня: «Потерпи. Замолчи».
Распускается боль, как цветок аконита,
Ядом страсть пробежала до самых зубов.
Я истерзана. Склеена. Снова разбита,
А ты просишь всё это сажать на засов.
Не умрёт
Я не своя. Ничья.
Не подхожу к чему-то. Почему-то.
Сияет кровь рубином на песке
И шея стёрта – где же тот ошейник?
Ищу его. Не нахожу. Брожу
Средь тысячи миров – в каком я дома?
Мне кажется, я с вами незнакома:
Не бойтесь – то улыбка палача,