Подойдя же к столику пьяниц и заметив, что свободных мест нет, я уставился на одного из них сверху вниз.
— Сьебался нахуй, — для наглядности в руках заплясали яркие искры магии. Норд, к которому были адресованы мои слова очень быстро понял, что ему здесь и сейчас не место, а потому с испуганными глазами постарался как можно быстрее убраться и освободить для меня место. Здешние обитатели знали, что никто не пытается трахнуть мага, иначе их мертвые тела вскоре будут жрать ближайшая изголодавшаяся свора собак. Здесь нет стражи, здесь только ты сам можешь защитить свою жизнь, ведь всем остальным на тебя глубоко похер, даже собственные подельники не почешутся, когда тебя будут резать на их глазах, наоборот лишь в тайне будут рады, что долю делать станет на одного меньше. — Вы двое также, — указал на двух лишних имперцев, они, кинув опасливые взгляды на меня и стоящего у меня за спиной Бриньольфа, молча встали и забрав выпивку оставили нас наедине с нужным нам нордом.
— Эй, парни, — нервно начал оставшийся мужчина, каркающий и сиплый голос резал слух, — если вы по деньги для Свена, то Девятью клянусь, я отдам их через два дня. У меня почти всё собрано! — Мужчина очень нервничал и судя по всем был по уши в долгах и теперь боялся, что мы пришли по его душу.
— Мне нужен кто-то для плевого дельца, кто-то не задающий вопросы и делающий, то, что скажу я. Мне сказали, что ты из таких. Мне соврали? — глядя на мужчину из-под накинутого на голову капюшона, я пытался задавить его взглядом.
— Н-нет. Нет, не соврали, — если сперва он был не уверен в ответе, то смекнув, что мы, а точнее я могу, наоборот, подкинуть ему деньжат, а не забрать, сменил свой настрой на полную противоположность напуганной мыши, став матерым жадным злокрысом. — Делаю, что скажут без лишнего писка, не задаю вопросов и вообще едва ли не тупой болванчик, всё это за разумную сумму золота, — звучало почти как слоган дешёвой рекламы.
— Отлично, — на стол перед нордом упал тугой кошель септимов, звонко звякнув золотом внутри, мгновенно приковав к себе глаза моего собеседника, как, впрочем, и парочки за соседними столами. — Сотня, аванса.
— Я готов уже сейчас, господин, — кошель исчез в руках норда в разы быстрее, чем появился на столе, а в голосе при обращении ко мне прибавилось фальшивого уважения.
— Тогда вставай, — он посмотрел на поднявшего из-за стола меня очень удивленным взглядом, видимо совсем не ожидая, что я действительно заставлю его работать прямо сейчас. — Чем быстрее сделаем нужное мне, тем быстрее ты получишь вторую часть денег.
— Да, господин, — взяв недопитую бутылку в руки мужчина поднялся и последовал за мной на выход из этой грязной лачуги, что по недоразумению считается баром и дешевой ночлежкой в одном лице.
Уже выйдя за двери таверны в моей голове билась невозможно удивленная мысль о том, как же легко это было, всего два предложения и кошель золота. Неужели жизнь в Скайриме может довести человека до столь плачевного состояния, что он будет браться за любую возможность получить пару лишних септимов. Ведь я начинал свой путь из ничего, и уже спустя две недели мог позволить себе хорошую одежду, сытную еду и теплую кровать в хорошей таверне.
Но глядя на грязного, одетого в рваньё человека рядом со мной, я был вынужден констатировать — да, может, и может очень легко.
— Я подожду тебя здесь, — положив руку мне на ключицу, предупредил Брин и спустя секунду убрав её отошел в сторону, садясь на один из нескольких свободных стульев.
Я же молча посмотрел сперва в спину стоящему впреди оборванцу из трущоб, после на вальяжно развалившегося на стуле Бриньольфа, снова на спину будущей жертвы. И молча кивнув, пошел к ожидающему меня второму норду.
Оба мужчины нервничали, причём матерый вор куда больше простой уличной крысы, может как раз потому, что был матерым, тертым калачом и подставу чуял за милю, а вот оборванец из грязной таверны пускай заметно жался с момента как переступил порог бывшего святилища Молаг Бала, но жадность заставляла его отбросить крики интуиции в глубины разума. А может куда большее значение имела не жадность, а выпитое перед нашей встречей спиртное, что заглушало страх до уровня, когда его можно не замечать.
— Следуй за мной, — коротко бросил наемнику без принципов и пошел дальше в глубь тревожно темного и тихого дома.
Может Молаг Бал больше не правит этим местом, но его эманации, остатки его присутсвия всё ещё здесь, они никуда не делись, а потому этот заброшенный дом всё ещё пугает своей жуткой холодной и неестественно тихой атмосферой. Я сам не ощущал этого влияния, может дело в Меридии, а может после куда более личного и тесного знакомства с Королём Раздора столь слабых следов его влияния и ауры мне просто недостаточно, чтобы по-настоящему проникнутся здешней гнетущей тишиной.
Лично я верю в сочетание двух этих вариантов, ведь если вспомнить меня хотя бы трёхмесячной давности, то лучшее сравнения для меня было трусливый слепой щенок. Да, я всё ещё не дракон среди ящериц, но точно успел стать как минимум дворовым псом. Что заметно выше того каким я был, прекрасно иллюстрирует как Скайрим изменил меня. Я видел какое-то дерьмо.
Ха! Да сама эта ситуация лучшая из иллюстраций. Для норда в шаге позади я был таинственным магом, что предложил ему неплохие деньги за не сложный труд, неизвестный и опасный, так он видел меня. С моей точки зрения сам норд был расходным материалом, провалится он, найду иного. Прекрасные мысли, неправда ли?
Ладонь сама легла на боковую стену вырытого в земле тоннеля, прослеживая неровную линию всё то время, что я шёл вперед и наполняя долгий, едва освещённый коридор под Маркартом звуками наших шагов и трением ладони моей руки о сухую землю.
— Недоброе место, — пробурчал мужчина за спиной быстро оглядываясь из стороны в стороу: влево, вправо, назад, мне на спину, вправо, назад и снова на меня. Он будто боялся, что я исчезну мимолетным маревом оставив его здесь одного.
— Недобрым было оно раньше, — недобрая ухмылка растянула лицо, благо я был впереди и мой сопровождающий просто не был способен видеть её. — Теперь это просто заброшенный дом, — чистая ложь была использована мной, чтобы успокоить нервного норда, и он поверил мне. Удивительно. — Пришли, — констатировал я, смотря на живописную картину, разрушенного алтаря в целой чаше для крови которого лежала ржавая булава, на полу валялась каменная копия головы Молаг Бала, а совсем рядышком с ней валялся сожжённый труп, держащий в руках путеводную звезду Меридии, которую я ему вложил перед своим уходом на поиски жертвы для жертвоприношения.
— Блядь, — емко выронил изо рта пораженный норд, и так же, как и Брин, мгновенно побледнев только от одного взгляда на булаву при близком нахождении возле той. — Это какая-то хрень… я… хуевое у меня предчувствие.
— Тц, — точная копия реакции сидящего позади в доме опытного рыжего вора. — Если будешь делать, то что я скажу и когда я скажу, то нихуя с тобой не будет, а сейчас хватит ссать в штаны, сожми яйца в кулак и возьми булаву, пока я занят сферой, — я кивнул на сожженный труп бывшего Дозорного.
— Просто взять булаву? — подозрительно покосившись на указанное оружие спросил у меня, но не сделав и шагу вперёд к разрушенному алтарю.
— Да, просто взять ржавую булаву, — терпеливо повторил свои слова.
— Если нужно всего лишь взять эту железяку, то нахуя я тут? — подозрительности в голосе норда стало в разы больше.
— Потому что это не простая ржавая хуета, это старый ржавый артефакт и нести его может лишь человек лишенный магии, вроде тебя. Видишь труп? — для наглядности ударил ногой в прожаренную на огне голову не самого свежего тела. — Он был магом, как и я. Вот только попытавшись взять булаву та сожгла его нахуй, я попытался с помощью второго артефакта помочь ему, но было поздно, его собственная магия сожгла его изнутри. Так что пока ты не маг, то можешь брать артефакт не боясь, но не дай боги тебе обладать даже средним даром к магии, сгоришь как на костре.
— Ебаная магия, — привычно уже кинул проклятие в сторону магии и магов норд. — Ты не пиздишь? — он уставился на меня.
— Знал бы что ты будешь такой соплей хуй бы тебе даже септим дал, — в голос пожаловался на его трусливость. — Да, блядь, точно, нихуя с таким, как ты не будет! Оставшийся на стрёме мужик в кожаной броне уже брал её в руки, как иначе бы она лежала в чаше столь небрежно и ничего с ним не произошло. Вот только у него есть другие дела нежели таскать с собой весьма приметную булаву, а потому нужен был кто-то другой для этого дела. Слушай, ты вроде говорил, что вопросов не задаешь, так какого Обливиона ты такой любопытный?
— Не по себе мне от этого оружия, — признался он, а секундой спустя неожиданно спокойным тоном добавил. — Мне нужно больше денег.