- Тебе пора, - отвернулся от многоликого Рукс.
Тот снова кивнул, обратился в сокола и, не проронив ни слова, вылетел в окно.
В этот день сокол не успел долететь до поселения прежде, чем сумерки окутали лес. Он устроился на ветке старого кедра, чтобы отдохнуть и набраться сил. Вскоре небо усыпали звёзды. Из-за невидимого во тьме облака выплыл месяц. Лес замер, погрузился в сон. Сокол знал, что опасаться нечего, но бесценная чешуйка не позволяла расслабиться полностью. Сон его был очень чуток.
Летняя ночь коротка. Скоро забрезжил рассвет. Показалось величественное солнце. Сокол поднялся ввысь и продолжил свой путь.
По узкой тропе от леса к поселению, чуть прихрамывая, опираясь на черёмуховый посох, шёл старец. Его загорелое морщинистое лицо обрамляла белая борода. На старце чистая домотканая рубаха, на ногах - лапти, через плечо перекинута небольшая торба.
Мальчик лет десяти, заметив его, побежал навстречу.
- Дедко, ты откуда идёшь?
- Издалека, - отозвался старец.
- Устал, наверное. Пойдём к нам. Мамушка хлеба в печь посадила. Скоро подойдут. Отведаешь горячего хлебушка с молоком.
Старик улыбнулся.
- Тебя как звать-то?
- Ивашка. А тебя?
- Меня - Лавремий. Не знаешь ли ты, Ивашка, в каком доме живёт дева с длинной тяжёлой русой косой?
- Так у нас все девицы длинные косы носят и половина из них русые, - засмеялся Ивашка, - у них только ленты вплетены в косы разные. У этой какого цвета лента?
Лавремий остановился, задумался, прикрыл глаза, мысленно возвращаясь к вчерашнему дню, когда он, будучи соколом, парил в небесах и рассматривал девушку.
- Синяя! Точно! Синяя! - вспомнив, просиял Лавремий.
- Значит, тебе Алёнка нужна. Она во-о-о-он в том доме живёт, - мальчик ткнул пальцем вперёд, - видишь, где коза привязана к колышку.
- Спасибо тебе, Ивашка, - шершавой ладонью старец погладил мальчугана по голове.
- Я бы и сам свёл тебя к ней, да мамушка велела цыплят накормить.
- Теперь-то я найду, - Лавремий быстро зашагал по дороге.
- Дедко, ты заходи к нам если что! Мамушка к обеду обещала ботвинью сделать! День-то сегодня жарким обещает быть! - крикнул вдогонку старцу Ивашка.
Лавремий ничего не ответил. Он не слышал слов мальчика, спешил исполнить то, зачем явился сюда.
- Милка! Негодная коза! Стой смирно, а то верёвкой огрею! - ругалась Алёна. Коза сегодня отказывалась слушаться и не позволяла себя подоить.
- Здравствуй, девица! - немного понаблюдав за тщетными усилиями Алёны, окликнул старец.
- Проходи мимо! Не видишь, не до тебя сейчас!
- Не надо ли подсобить?
- Чем ты мне поможешь? Коза как будто белены объелась. Прыгает, лягается, к себе не подпускает.
Милка тем временем отбежала насколько ей позволяла привязь и с опаской косилась на Алёну, красивое лицо которой было искажено злобой.
- Может не в ней, в тебе самой дело? - покачал головой Лавремий, и внимательно вглядываясь в синие глаза девушки, попросил, - не дашь ли ты мне водицы испить?
Алёна задумалась. Ей не хотелось отвлекаться от своих многочисленных дел, но в то время никто не отказывал в помощи нуждающемуся. Таков был не писаный закон. Не откликнуться на просьбу она не могла.