По крайней мере он лучше большинства своих сверстников.
Поэтому Лу Чжоу не понимал, почему Сяо Ван такой подавленный.
Чай разлили по чашкам и вскоре кабинет наполнил душистый аромат.
Старик Тан сделал глоток и спросил:
— Это хороший чай, где ты его взял?
Лу Чжоу улыбнулся:
— В отеле, где жил перед конференцией. Похоже, он не фабричный.
Парню понравился чай, поэтому он спросил про него у управляющего.
Однако управляющий не сказал ему, откуда этот чай. Вместо этого он отправил несколько коробок чая в комнату Лу Чжоу.
Первоначально Лу Чжоу хотел купить его, но управляющий не принял деньги и сказал, что этот чай не купить за деньги.
Поэтому Лу Чжоу взял чай, не заплатив за него.
Сам бы Лу Чжоу не выпил столько, поэтому решил взять его с собою и подарить кому-нибудь ещё.
Особенно отцу.
Парень помнил, как отец говорил, что самая большая его радость в жизни — пить чай во время рыбалки.
Старик Тан покачал головой:
— Тогда не буду расспрашивать. Боюсь, что все равно ничего не узнаю от тебя про этот чай.
Лу Чжоу улыбнулся:
— Если вам он понравился, то я могу принести вам больше в следующий раз.
Старик Тан некоторое время пристально смотрел на парня, а потом сказал:
— Я знал, что тебя ждет необычайное будущее, но ты превзошел все мои ожидания. Раньше я мог говорить с тобою о математике, но теперь, похоже, ты годишься мне в учителя.
— Конечно же нет, — покачал головой Лу Чжоу, — я всё ещё пользуюсь знаниями, которые вы вложили в меня.
Старик Тан помог Лу Чжоу не только в учебе, но и во многом другом
До конференции в Принстоне Лу Чжоу никто не знал в научном сообществе. Именно доклад в Принстоне сделал его знаменитым.
И именно профессор Тан Чживэй велел ему поехать туда.
Хорошие профессора в этом мире — редкость.
Лу Чжоу был благодарен, что встретил старика Тана.
Независимо от того, где он будет, парень никогда не забудет тех, кто помог ему
— Ладно, переставай смущать меня, — отмахнулся старик, — я прекрасно знаю свой уровень.
Он помолчал какое-то время, а потом продолжил:
— Ты уже далеко не простой первокурсник, без преувеличения можно сказать, что ты сделал себе имя. И по возвращению в Китай это все останется при тебе. В научном плане мне больше нечему тебя научить, но я могу научить тебя кое-чему за пределами науки… Но не знаю, захочешь ли ты слушать.