— Вы знаете друг друга?
Лу Чжоу не мог понять, отчего поведение Хань Мэнци так резко поменялось.
— Я учил ее.
Ян Сюй внезапно догадался о произошедшем.
Однако Лу Чжоу не знал того, что знал Ян Сюй.
— Ладно, хватит об этом… — Лу Чжоу поменял тему разговора. — Расскажи мне, как проходит эксперимент.
— Эксперимент прошел успешно. Мы наложили два графеновых слоя друг на друга. Когда угол поворота стал около 1,1 градуса, а температура достигла 1,7 Кельвинов, мы могли наблюдать сверхпроводимость. Наши группа назвала этот угол «волшебным».
Лу Чжоу заинтересовался и произнес:
— Очень изобретательное название.
— Да. Результат исследования потрясает воображение, также как и название, — Ян Сюй улыбнулся. — По сравнению с металлическими сверхпроводниками такими как оксид меди, углеродные наноматериалы обладают более высокой пластичностью, что дает нам неограниченные возможности.
Лу Чжоу улыбнулся:
— А также множество экспериментов?
— Эксперименты всегда необходимы.
На самом деле в физике сверхпроводников высокая температура гораздо ниже стандартной температуры. Первая всего лишь 77 К, что около -196℃, в то время как последняя немного выше 273 К.
Напротив, сверхпроводимость при температуре в 1,7 К не превосходный результат и гораздо хуже, чем сверхпроводимость при 35 К у соединений лантана, бария, меди. Не говоря уже о лабораториях с передовыми технологиями сверхпроводимости при температуре более 100 К.
Однако эту технологию нельзя называть бесполезной только из-за того, что ее нельзя коммерциализировать.
Не будет преувеличением сказать, что 99% результатов исследований бесполезны.
Однако без этих 99% результатов не будет и 1%.
Ян Сюй коротко объяснил суть эксперимента и начал рассказывать о дальнейших планах.
— Наша следующая цель — добиться сверхпроводимости при 77 Кельвинах. Конечно, в краткосрочной перспективе этого сложно достичь, поэтому это долгосрочная цель.
Лу Чжоу задумался, а потом сказал:
— Цель в 77 Кельвинов слишком занижена, нам стоит установить планку до 100 Кельвинов.
Система сказала, что 100 К достижимы, поэтому будет печально не воспользоваться этим.
Ян Сюй стал беспомощен от оптимизма босса:
— Хорошо, но будь это 77 Кельвинов или 100 Кельвинов, у нас возникает проблема. Если этот сверхпроводящий материал можно реализовать, то технология будет иметь ограниченные перспективы промышленного применения… Но все же она создаст патенты вне зависимости от интереса других к ней.
Ян Сюй не договорил, но смысл был понятен.
Совместные исследовательские проекты становились не слишком удобны, когда речь доходила до патентов.
Лу Чжоу подумал, а потом спросил:
— А что думает профессор Пабло Харильо-Эрреро?
— Когда я работал в МТИ, то слышал, что его не волнуют слава или богатство. А если поглядеть на его прошлые работы, то станет очевидно, что он редко конкурирует со студентами за права на результаты. Он с радостью развивает тех, у кого есть потенциал.