Резко отстранившись от сестры, я встала и гневно спросила:
– Ты хоть представляешь, что я пережила за эти сутки? Где ты была?
– Ты о чём, Мел? Я всё это время была тут с тобой! Пыталась привести тебя в чувства.
– Что ты такое несёшь? Я же помню, как тебе стало плохо после затмения, а потом и мне, затем меня кто-то перенёс в дом, я искала тебя, искала соседей, но никто мне не открыл дверь! А потом я поехала к бабушке и её дома тоже не оказалось. И потом я просто уснула, а тут ты. Я ничего не понимаю, Крис! – протараторила я.
– Тише – тише, милая! Я тебе сейчас всё расскажу. Только не волнуйся. Пойдём в гостиную.
– Ладно.
Спустившись на первый этаж, Крис включила мне телевизор, где по новостям говорили о том, что Солнечное затмение прошло наполовину и о токсине, который стало выделять солнце. Я в полном шоке уставилась на сестру и сказала:
– Это какой-то бред! Что значит затмение прошло наполовину и про какой токсин только что говорили?
– Взгляни в окно и увидишь – ответила Кристина.
– Ну хорошо.
Отодвинув штору я посмотрела в небо, где мой взгляд тут же был прикован к солнцу, которое светило ровно наполовину, остальная его часть была закрыта чёрной тенью.
– Что. Это. За. Хрень. Такая? – ошеломлённо спросила я.
– Никто ничего ещё не знает. Но, военные говорят о каком-то токсичном затмении.
– Военные? Здесь, что были военные?
– Нет блин, они обзванивали каждого в нашем городе и рассказывали, что произошло, Лисса не тупи, конечно они тут были!
– Чёрт тебя дери, расскажи толком, что произошло, пока я была… без сознания – потребовала я.
– Ладно-ладно! После затмения тебе стало плохо и я оттащила тебя в дом, пыталась привести в чувства, но ничего не помогало. Я позвонила твоим родителям и рассказала всё и тут началось самое интересное, твоя мама сказала, что приехать они не могут, так как военные не выпускают их из города, я спросила, чем они это объясняют, она ответила, что-то про токсин, который стало выделять солнце и вызывать у людей галлюцинации. И тут я подумала, что видимо, тебе стало плохо, как раз из-за этого токсина. А потом приехали военные и подтвердили мою теорию. Так что, нам теперь нельзя выходить из дома, пока не будет разработана вакцина. Как-то так.
– Я надеюсь, ты сейчас шутишь?
– К сожалению нет.
– Ладно, допустим такое произошло, но они же должны знать из-за чего и, почему чёрт возьми Солнце всё ещё греет лишь наполовину?
– Должны. Но они не знают. У них приказ никого не выпускать из домов.
– И, что же они со мной сделают, если я выйду на улицу? Убьют, словно я животное?! – грубо спросила я.
– Сказали отправят в изолятор, подальше от здоровых людей. Поэтому, Мел лучше не делай этого, не оставляй меня одну – просила Крис.
Успокоившись немного, я села на диван безучастно уставившись в одну точку. Кристина присела рядом со мной, положила голову на моё плечо и сказала:
– С нами всё будет хорошо.
– Сомневаюсь. Если я успела надышаться этим токсином, значит могу быть опасна для тебя. Меня вообще тут быть не должно.
– Ты не опасна. У тебя ведь нет галлюцинаций, ты не сходишь с ума.
– Они были у меня. Были. Мне почудилось, что ты умерла, что остальных людей в городе тоже нет. Это по-твоему, не галлюцинации?
– Хорошо. Даже если они и были, то уже прошли. Ты ведь очнулась и с тобой сейчас всё нормально.
– Нормально, это очень эфемерное понятие, Крис.