Алиса невольно усмехнулась. Хорошо, что Мария Тимофеевна так и не узнала про Дикаря и до сих пор свято уверена, что никакие неприятности крупнее насекомых ее сыну на Пенелопе не грозят.
- Ничего, будет время на подумать.
- Черт! Я все время должен думать, думать, думать! А мне просто не повезло! Так и ты тоже Стаса ни в чем не подозревала! Ну вот чего ты теперь от меня хочешь? Чтобы я учился с утра до поздней ночи и вообще не смотрел по сторонам?
- Ты сам хотел учиться - сначала.
- А теперь хочу просто жить. С того места, где остановился.
- Хорошо, у меня все. Встретимся после приезда.
Она круто развернулась и пошла к углу школы.
- Алис, подожди! - услышала она позади Пашкин голос, но только ускорила шаг. Захочет, догонит.
Не догнал.
Что же, ему найдется, с кем пообщаться. Возможно именно так, как он тогда говорил: “Они сами хотели”.
На газоне недалеко от выхода все еще тусовалась компания спортсменов-любителей. Игру они прекратили и собирались группами - похоже, в ожидании какого-то организованного мероприятия. К Алисе, уже почти подошедшей к школьным воротам, подскочила со спины одна из преподавательниц и с криком:
- Девятый “А”, не разбегаться! - схватила было за локоть.
Алиса обернулась, женщина глянула ей в лицо и выпустила ее руку.
- Извините…
Конечно, преподавательница просто знала наперечет всех своих учеников, или же дело было в выражении лица, уговаривала себя Алиса всю дальнейшую дорогу. И тем не менее, вот она - пропасть, заметная даже посторонним. Пашке надо взрослеть отдельно, но это сколько же лет пройдет? А окружающие так и считают их парой, тот же Кром, например. Что с ним делать? Раньше, в возрасте Пашки, она устроила бы ему выволочку, не посмотрев, что это взрослый солидный дядя. Теперь, пожалуй, подождет развития событий.
А инспектор Кром, взрослый, солидный дядя, в это время с нескрываемым удивлением читал пришедшее по обычной почте письмо. В отличие от Рогова, он решил, что это не розыгрыш и не весточка от забытой знакомой. Хорошо подумав, Кром письмо не выбросил, а отправил на экспертизу в лабораторию, хотя подозревал, что исследование ничего не даст.
========== Ложные боги ==========
Египтянин читал. Он за последние дни изучил кучу справочной литературы, а Алиса регулярно подкидывала ему что-нибудь новенькое. Она не спрашивала, что он понял из прочитанного, а он отмалчивался. К тому же, нарочно или нет, сидя за книгой или планшетом, Имхотеп принимал этакую классическую позу - одна рука, откинутая назад, сжимает спинку стула, другая подпирает широкий лоб, - любой, увидев подобное величественное зрелище, немедленно чувствовал, что сам занимается ерундой и отрывает от мыслительного процесса действительно занятого человека.
Но сегодня у Алисы было боевое настроение и она решила вызвать египтянина на разговор.
- Может, ты созрел, чтобы рассказать хотя бы о своем фараоне?
- Они все одинаковы, - ответил Имхотеп, не отрывая глаз от чтения.
- Все-все?
- Для Египта нет, для меня да.
- Понимаешь, в чем дело, если ты тоскуешь по родине, то не сможешь попасть в период от Яхмоса Первого до Херихора.
Имхотеп наконец-то поднял голову:
- Кто такой Херихор?
- Жрец, узурпировавший власть - не сам, через сына.
- Жрец… Интересно. Сети Первый попадает в этот период?
- Да, он и еще лет двести после него.
- Двести лет, - потрясенно прошептал египтянин. - За двести лет следов не останется… - Он помолчал и добавил прежним надменным тоном: - Нет, я ни по чему не тоскую.