Фел.: — Да не ори ты! Твои вопли слышны, наверное, даже на пляже. У тебя потрясающее сопрано, милая. Но речь идет об интимном деле. — Феликс поманил ее пальцем. — Сейчас мы разработаем операцию, детали которой ты будешь держать в тайне даже на дыбе!
Миледи с готовностью: — Даже в «испанских сапогах»!
СЦЕНА 7
На следующую ночь. Люкс отеля «Лазурный сон». Шикарная обстановка, распахнута дверь на террасу, за легкими шторами — южная ночь, запах магнолий, стрекот кузнечиков, черная гладь моря. Высокий, гибкий брюнет в черном смокинге и массивных темных очках возвращается в свой номер. Часы бьют два раза. Брюнет быстро раздевается, бросив смокинг на кровать, срывает жгут, туго стягивающий на затылке кудрявые темные волосы. Подтянув черные трусики с надписью «Пьер Карден» и налив в бокал белого вина, присаживается в кресло у открытой балконной двери.
ПОЕТ:
— «Сын мой, убойся карточной игры»
— скажу мальцу и выпорю с улыбкой.
Ну а потом всем штучкам обучу,
Во избежании будущих ошибок.
Как много надо знать сегодня молодцу,
Что бы по жизни, словно в масле сыр, катиться.
Что б фору дать и хитрецу, и наглецу -
Учиться, дорогой! Учиться и учиться.
Шарм, обаянье, эрудиции полет,
рентгеновский прицел всевидящего ока -
Вот качества того, кто посягнет
На званье рыцаря без страха и упрека.
Уж утро близится, закончена гастроль.
Забыты бурные тревоги и волненья.
На счете не один прибавлен ноль,
А впереди — сплошные, ох сплошные,
без продыху и отдыху,
без скуки и тревог -
— сплошные, ох сплошные, развлеченья…
Брюнет: — Неплохо… (Отхлебывает напиток. Похож на человека справившегося с приятным, но чертовски трудным делом. Глубоко вдыхает аромат ночи, удовлетворенно смакует холодное вино)
— Баста! Всему на свете приходит конец. Особым непостоянство отличаются смуглые темпераментные брюнетки и карточная фортуна. Нельзя злоупотреблять их симпатией.
Достал дорожную сумку, аккуратно разложил пластиковый пакет, сунул в него смокинг, снял с вешалки единственную оставшуюся в шкафу вещь — светлый, мешковатый костюм, приготовился надеть. Бросил на стол, чтобы не забыть, шляпу.
«Но мы ведь знаем, мы знаем -
что это — игра, да только игра, конечно, игра.
Вопросов нету — зачем нам она-