— Ага. Пройдя дальше, они встретили сопротивление, которое понесло большие потери. Отступав, сектанты заблокировали лестницу, ведущую в трапезную, обрушив на неё потолок, а сами, как тут пишет Снежный Странник, наложили магический барьер на дверь, что ведёт на ту террасу со Стеной Слов, и отравили себя и всю воду, дабы не достаться врагу.
— Отчаянный шаг. Там не сказано, как можно преодолеть этот барьер?
— Было написано, что магический барьер “…будет поддерживать его еще несколько десятков лет как минимум.”, однако прошло то уже несколько тысяч лет, так что у нас есть все шансы, что он попросту исчез за столь длительное время. А,… — вспомнил он — Скорм ещё писал, что вход к колодцу заперт на ключ, который благополучно находится в катакомбах. Ты, кстати, всё осмотрела?
— Нет, я ещё тот сундук не открывала, да и не открою, ведь у меня отмычек нет.
— На, пару, на всякий случай. — встав со скамьи, Довакин подошёл к Серане, протянув ей пару металлических отмычек, и та убрала их в карман.
Присев на корточки перед сундуком, Дова смотал паутину на какой-то прутик и, извинившись за такое дерзкое действие перед паучком, положил веточку в сторону, начав взлом замка:
— Во-о-от так…и…готово. — замок щёлкнул и отворил свои ставни, дав доступ к содержимому ящика. Довакин сразу заглянул внутрь — Около двадцати монет и какой-то зачарованный кожаный шлем – вообще ни о чём. — послышалось небольшое разочарование в его голосе, сопровождающимся вздохом.
— Хоть что-то. — оптимистично прозвучало от неё.
— Это точно. Пошли дальше?
— Пошли.
Развернувшись к деревянной двери, что стояла напротив скамьи, он отпёр её и они поднялись по небольшой каменной лестнице, которая привела их в следующий зал, в котором они наткнулись на большое количество кроватей, с лежащими на них скелетами и небольшими склянками яда, стоящими рядом у каждой кровати. Подойдя ближе, они услышали, как сзади появились два призрака, что лязгнули своими мечами и бросились на путников. Быстро среагировав, Серана моментально поразила обе цели цепной молнией и те дезинтегрировались в некое подобие праха или даже плазмы.
— Сектанты даже после собственной смерти пытаются защитить руины. — произнесла она.
Проходя дальше по многочисленными коридорам и залам, попутно нейтрализовав призраков, что встают у них на пути, Довакин с Сераной дошли до двери, которая вела в крипту Монастыря. Эта дверь находилась слева, на ┤-перекрёстке чуть ниже по лестнице, а дальше по коридору виднелись некие решетчатые ворота, с рядом расположившимся рычагом. Немного подумав, Довакин сказал:
— Так, давай по началу пойдём вперёд и исследуем, что за решеткой, благо я вижу рычаг, который, как я полагаю, открывает эти ворота, а после вернёмся сюда.
— Только осторожно, а то эти три, сожженные до хрустящей корочки, тела воинов, что тут лежат, мне что-то подсказывают.
— Вон, посмотри в какой позе он зажарился. — Довакин указал кивком подбородка на сидящего на коленях воина, с надетым на голову железным шлемом, крепко обнимающего свой железный двуручный меч.
— И я про тоже.
Подойдя к рычагу, приготовившись его задействовать, Дова обернулся на Серану и начал отсчёт:
— Раз, два, три! — как только Драконорождённый закончил отсчёт, то тут же активировал рычаг, что спровоцировало открытие решетки, и отпрыгнул от него, что есть мочи в сторону подруги. Никакой ловушки не оказалось. Тишина захватила всё пространство и только сквозняк легко насвистывал свою песню. От Дова послышалось кратко и недоверчиво — Ладно…
Путники прошли дальше, оказавшись на самом первом перекрёстке, откуда и начался их путь в глубины Форелхоста.
— Мы там же, откуда и пришли. Видимо, та решётка, которая оказалась заперта и вела влево, это именно эти ворота. Пошли обратно. — сделав вывод, предложила Серана.
Довакин кивнул головой и, развернувшись, они отправились к железным дверям, что вели в крипту.
Минуя двери, они оказались в очередном длинном и угловатом коридоре. В лёгкие сразу попал спёртый воздух, состоящий из запахов старья и гнили, ранее не встречавшихся в прошлых помещениях. Лёгкая дымка окутывала пол, словно пытаясь спрятать и так хорошо замаскированные нажимные плиты-ловушки. Длинные корни каких-то растений окутывали стены, пол и потолки, вырываясь из разломов этих самых стен и потолков.
— Сейчас пойдёт потеха. — саркастично произнёс Дова.
— Готова поспорить, что этот ключ охраняют драугры высокого ранга.
— Какие-нибудь драугры-призраки, не более, ибо, предполагаю, что всё силы находятся у жреца под боком, охраняя того. Слушай, Серана, ты случаем не читала книгу у Бернадетты Бантьен “Среди Драугров”?
— Хм-м, что-то приходит в голову, но не могу вспомнить что-то конкретное.
— Эта та естествоиспытательница, что жила с драуграми полгода.
— А-а, точно. Да, я читала её, но очень давно. Помню из её рассказа только то, что драугры каждый день и разными группами, посменно заменяя друг друга, выбираются из своих каменных склепов и ковыляют до саркофага драконьего жреца, затем садятся перед ним и передают ему свои жизненные силы, а после встают и принимаются за тщательную уборку, словно они продолжают последовать своему предводителю даже после собственной смерти.
— Да-да, и это объясняет, что в какой-либо древний курган, храм или крепость не зайди, везде будут зажженные свечи и тлеющие чаши с углём. Они, оказывается, просто спят для подзарядки своей энергии, а после встают и делают обычную работу по уборке или еще чему.