Райдер подмигнул, проходя мимо меня, а Алек стукнулся со мной кулаком. Уходя, они тихонько закрыли за собой дверь, и когда это произошло, комнату окутала тишина. Я слышала дыхание девочек, и каждые несколько секунд Брона слегка похрапывала, но в остальном было тихо.
Я прислонилась головой к стене комнаты ожидания и вздохнула. Скрестила руки на груди, поджала ноги под себя, затем закрыла глаза и расслабилась насколько могла. Мне было неудобно, но не это беспокоило меня. Кейн заставил меня почувствовать такое, просто находясь здесь, в больнице; все было не так уж плохо, потому что он был жив и стабилен. Он не в порядке, потому что лежит в больнице, но он жив, и это главное.
Я всегда предпочту живого и больного, а не мертвого и похороненного.
Глава 3
— Эйдин?
Я тихо застонала и крепко обхватила себя руками, пытаясь еще немного остаться во сне.
— Эйдин? Эй, проснись.
Я почувствовала толчок по ногам, и это заставило меня проснуться. Поморщившись, я медленно моргнула и открыла глаза. Немного откинула голову назад, и обнаружила огромный кусок фольги, протянутый мне прямо в лицо.
— Это сэндвич, съешь его. Тебе нужна еда.
Моргнула, глядя на фольгу, а затем посмотрела на человека, протягивающего это. На мгновение я уставилась на Килу, затем взяла сэндвич из ее протянутой руки. Я села прямо и застонала, когда моя спина щелкнула. Осторожно встав, я вытянулась, издавая звуки, похожие на звуки маленького динозавра.
— Чертовы дерьмовые стулья, — проворчала я и положила свободную руку на свою теперь уже ноющую спину.
Мои ноги, спина, руки и шея затекли и болели. В моей проклятой шее было ощущение, будто двухсоткилограммовый борец опирался на нее всю ночь напролет.
— Знаешь что? — пробормотала я Киле, которая села рядом с все еще спящими Броной, Бранной и Аланной.
— Что? — спросила Кила, открывая свой собственный сэндвич.
Я снова села на проклятое кресло, в котором проспала всю ночь, и наклонила голову к плечам.
— Интересно, попадали ли люди когда-нибудь в скорую с этих стульев? Представь себе, ты приходишь навестить кого-то в больнице, но повреждаешь свою спину в комнате ожидания…
Кила затряслась от беззвучного смеха.
Я открыла свой сэндвич, и когда запах достиг моих ноздрей, я громко застонала. Пахло восхитительно. Мой желудок согласился, потому что заурчал, как бы говоря: «Накорми меня».
Сэндвич представлял собой полный ирландский завтрак, который состоял из яиц, черного и белого пудинга2, сосисок, сыра, картофельных оладий и кетчупа. Мой рот наполнился слюной, когда я поднесла его к губам и впилась зубами во вкуснятину.
Я снова громко застонала и закрыла глаза, прожевывая и глотая свой первый укус. Я повторяла это действие до тех пор, пока сэндвич полностью не исчез, а мой живот не наполнился и не был удовлетворен.
— Черт, Эйдин, — пробормотала Бранна.
Открыв глаза, я оглядела комнату. Все девочки уже проснулись, и каждая из них смотрела на меня. Я покраснела от смущения.
— Что? — пробормотала я.
Аланна усмехнулась.
— Это звучало так, будто у тебя был оргазм.
— Лана! — воскликнула я.
Все девушки расхохотались.
— Так и было, — согласилась Кила, все еще смеясь, — но похоже это было на Беар Гриллса3. Ты уничтожила этот сэндвич меньше, чем за три минуты, детка.
Я нахмурилась.
— Я была голодна.