Папа засмеялся.
— Не бойся, девочка! Выдры так просто, ни с того, ни с сего, на людей не бросаются.
— Я не боюсь, я даже… если хотите… могу её… погладить.
— Пожалуйста! — Женя поймал Маську.
Лида издали протянула руку и прикоснулась к серому меху. И запрыгала от радости:
— Вот и погладила! Вот и погладила! — и вдруг закричала испуганно: — Ой, мамочка!
Женя уже спустил Маську с рук и тотчас она понеслась… прямо к Жмурке.
Котик стоял в дверях и, потягиваясь, жмурился, точно улыбался. На пушистой мордочке ласковая лень. Но вот его как ветром сдуло, миг — и он уже на диване и оттуда смотрит на невиданного зверя с удивлением и безо всякой улыбки.
Женя поспешно схватил Маську, прижал её к себе и, покосившись на Жмурку, сказал:
— Ванна уже, должно быть, полная…
Он не решился сказать, что Маська кусает котов.
Одно удовольствие было смотреть, как Маська резвится в большой белой ванне. Потом Женя вытер её старой простынёй, которую дала ему Лидина мама.
Через день Женя опять пришёл к Лиде. Кроме выдры, он на этот раз прихватил с собой тетрадки.
— Выучим вместе уроки.
— Я почти сделала, — сказала Лида. — Только задача по арифметике осталась.
Выкупанную выдру закрыли в передней, чтобы не отвлекала, а Лида и Женя уселись рядом за стол.
Лиде надо было решить одну задачу, а Жене — и задачу, и пример, и упражнение по русскому написать. И всё-таки он кончил раньше. Лида ещё первый вопрос писала, а Женя уже расправился со всеми уроками.
— Какая ты медленная! — поразился он.
Лида хотела обидеться, но раздумала.
— А ты, а ты… всё равно как заяц. Бежит изо всех сил от охотников, ничего не разбирает.
Теперь Женя хотел обидеться, но не успел: Лидина мама весело сказала:
— Женя, да ты, как курьерский поезд! Мы и оглянуться не успели, а ты уже доехал до станции.
— Я — как мой папа на своём паровозе! — хвастливо сказал Женя.
Лидина мама посмотрела в его тетрадку и покачала головой:
— Нет, уж с папой ты себя, дружок, не сравнивай. Папин паровоз во́время приходит на место, и всё у него в порядке. А тебе надо бы всё снова переписать, — очень уж небрежно написано. Эх вы, работяги! Одна еле рукой шевелит, всё о чём-то думает, другой несётся на всех парах…
— Он — торопыга! — закинув голову, смеялась Лида.
— А ты у меня зато самая настоящая черепаха, — сказала мама.
И Женя тоже рассмеялся.
Теперь, когда они вместе готовили уроки, Лида приговаривала:
— Не спеши, курьерский поезд! Ты опять на поезде? На курьерском, да?