Внук Петра Великого (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Ваше величество, – склонив голову я ждал, когда она начнет говорить. Но Елизавета снова, как на церемонии знакомства удивила меня. Подойдя ближе, она обхватила меня за голову руками, заставляя посмотреть на себя. А ведь мы с ней чем-то похожи, невольно промелькнула в голове мысль. Во всяком случае, оба блондины, и как все натуральные блондины слегка блеклые. Но у женщины, да еще и императрицы, в отличие от меня, все же были средства, чтобы убрать эту блеклость. Я, конечно, тоже мог воспользоваться румянами там, помадой, так многие делали, но для меня это было почти то же самое, что платье на маскарад надеть, неприемлемо. Я лучше лета дождусь и попробую загореть. А пока все равно, как я выгляжу, тем более что мой титул автоматически дает плюс сто очков к харизме.

– Тетушка, – сказала Елизавета. – Мы же договорились.

– Тетушка, – послушно повторил я. А Елизавета неожиданно поцеловала меня в лоб и отпустила, немного отойдя в сторону.

– Я волновалась за тебя, племянник. Вчера произошло какое-то дикое недоразумение и непонимание между нами. Надевать костюм было необязательно, чтобы появиться на празднике. Жесткого требования для этого не было, все-таки я не Анна Иоановна, – когда она произнесла имя покойной императрицы, ее лицо исказила гримаса ненависти. Похоже, что кузины просто обожали друг друга. – Многие гости были без костюмов, особенно те, кто постарше. Это молодежь веселилась и практически все переоделись, вот я и подумала… Ладно, оставим это. Ты готов ехать в Москву?

– Да, я готов. Я, наверное, больше, чем все остальные жду вашей коронации, тетушка, чтобы порадоваться за вас, – ну, льстить я, в общем-то, умею неплохо, я не принципиальный придурок, который ради неясных принципов может пожертвовать очень и очень многим, хотя надо то всего лишь ввернуть вовремя парочку сомнительных комплиментов, что и мне ничего не стоит сделать и женщине приятно. – Но, тетушка, раз вы сами заговорили про молодежь… Мне бы ко двору привлечь тех, кто одного со мной возраста, потому что та молодежь, о которой идет речь, все же старше меня, и мне просто не о чем с ними говорить, нечего обсудить, да и к обучению их не привлечешь, коли мне станет совсем скучно самому этот гранит грызть, как только вы с наставниками определитесь. Вот, например, во время бала я встретил камер-пажа Сафонова. Он спешил на бал, но я задержал его, потому что мне захотелось с кем-то побеседовать. Так что, из-за меня он не попал на ваш праздник, тетушка, не ругайте его за это. И мне было интересно с ним, да и фрейлина ваша Татищева Анна очень умна и остроумна скрасила нашу мужскую компанию ненадолго. Вот бы того же Сафонова к моему только-только возникающему двору привлечь, а вот того же Панина, да Воронцова можно к другой службе определить, туда, где они гораздо больше пользы принесут, нежели сидя в моей приемной по целым дням, штаны протирая.

– Это, – Елизавета внимательно на меня посмотрела, – не лишено логики. Сафонов и меня вполне устраивает в качестве камер-пажа, но, в чем-то ты прав, племянник. – Она задумалась. – Хорошо, я заменю Воронцова и Панина в твоей свите на Сафонова и, пожалуй, Александра Вяземского. Его отец Алексей Федорович, еще когда жив был, царствие ему небесное, – Елизавета перекрестилась, – просил меня поучаствовать в судьбе сына своего Александра. По-моему, он как раз твоего возраста. Завтра тебе его представят, а Сафонов прибудет к своему новому месту службы уже сегодня. Может быть, у тебя есть еще просьбы? Говори, не стесняйся, – самое забавное состояло в том, что она словно не замечала Д,Аламбера, который стоял возле стола и старательно поворачивался к императрице тем боком, со стороны которого на лице не было видно фингала.

– Да, я хотел бы посетить прием в Австрийском посольстве, который сегодня вечером состоится. Граф Суворов, которого вы ко мне приставили намедни, тетушка, передал мне вчера приглашение и сказал, что будет меня сопровождать, – я в очередной раз поклонился.

– Хорошо, – Елизавета пожала плечами, – я не против. Тем более, что там весь свет соберется. Думаю, что это будет для тебя даже полезно. А что это за бумага?

– Это расчетный лист, – быстро проговорил я, но Елизавета уже взяла в руки ведомость. – Здесь перечислено все, что требуется, чтобы стеклодувную мастерскую запустить.

– И ты во всем этом разбираешься? – она немного удивленно посмотрела на меня.

– Да, некоторые пункты требуют дополнительного объяснения, но в целом мне все понятно. И я надеюсь, что вице-канцлер не будет возражать, если я испрошу эту сумму из своего содержания? – Д,Аламбер, который почти ничего не понимал, потому что не знал русского языка, видел, что мы разговариваем про его финансовую ведомость и навострил уши, пытаясь уловить знакомы слова.

– Я распоряжусь предоставить тебе эту сумму, – Елизавета кивнула и повернулась к двери. Ага, понятно, долг любящей тетушки выполнен, совесть успокоена, можно и к брошенным делам возвращаться, хотя, возможно, я не совсем к ней справедлив.

– Не стоит, тетушка, – до меня внезапно дошло, что она просто хочет мне дать эти деньги. Нет, так нельзя, мне нужно учиться, иначе я мало в чем преуспею. – Я возьму деньги из уже выделенного на меня содержания, – добавил я твердо.

– Хорошо, как знаешь, полагаю, что ты понимаешь, что делаешь. Оплату ведь тех лиц, что будут к твоему двору приставлены, тоже из твоего содержания будут удерживать, – Елизавета кивнула, и в этот момент дверь распахнулась и в комнату влетел Криббе, застегивающий на ходу камзол. Увидев Елизавету, он тут же склонился в глубоком поклоне.

– Ваше величество, я счастлив лицезреть вас, – пробормотал он по-немецки.

– Хм, – Елизавета буквально ощупала взглядом его ладную фигуру. – Проводите меня, фон Криббе. Я хочу кое-что у вас уточнить относительно вашего воспитанника, – и она вышла из комнаты, я же не сдержался и хмыкнул.

Криббе повернулся ко мне, осуждающе покачал головой и выскочил следом за Елизаветой, которую за дверьми ждала свита. Хорошо еще, что она всю свою кодлу ко мне в спальню не притащила. Слава богу, что все то, что я планировал у нее попросить, было озвучено и не встретило препятствий. Я пока не разобрался в границах дозволенного, но вроде бы палки не перегнул. И не так все страшно оказалось, как я себя накрутил. Теперь мне предстоял вечер в Австрийском посольстве, а завтра мы отправляемся в Москву. Надеюсь, что к моему возвращению Д,Аламбер с Ломоносовым уже что-то мне смогут показать. Кстати о Д,Аламбере. Повернувшись к притихшему французу, про которого почти забыл, я указал на лист.

– Ее величество одобрила эту сумму, но попросила меня проследить, чтобы деньги не были потрачены зря. Как только фон Криббе вернется, я попрошу сразу же выдать вам вексель.

– Это очень, очень хорошая новость. Ее величество не будет разочарована, я уверен. Мы специально для нее сделаем нечто совершенно особенное, – и он, улыбнувшись, поспешил к выходу из комнаты.

К обеду пришел Сафонов, а Воронцов заглянул ко мне и сообщил, что их с Паниным отзывает ее величество, и они с сожалением оставляют свой пост подле меня. Я тоже выразил подобающее случаю сожаление. Надо же, и ведь не поспоришь, что им жалко уходить. Где еще они такую непыльную работенку найдут?

Криббе пришел чуть позже, когда эти двое уже свалили. Как оказалось, Сафонов сирота и кроме небольшого поместья где-то неподалеку от Москвы жилья у него не было. Жил он во дворце, и, раз направлен к моему высочеству, то, может быть, нужно выделить ему место где-нибудь поближе ко мне? Предложение было вполне рационально, и некоторое время мы провели в выделении ему комнаты, которую Сафонову придется делить с неким Александром Вяземским, который должен будет прибыть завтра утром непосредственно перед нашим отъездом в Москву. После того, как с комнатой было определено, Михаил убежал за своими вещами. Я же сидел на кровати, с кошкой на коленях, и мы с интересом наблюдали, как носятся Румберг и Крамер собирая вещи для завтрашней поездки, которыми я оказывается немного оброс за столь непродолжительное время, проведенное в Петербурге. Неожиданно мне пришло на ум, что я не получил подарков на день рождения от Елизаветы. Это было немного странно и совсем на нее не похоже, обычно к близким она была более чем щедра. Ну ничего, поживем, увидим, может быть, она все подарки решила на коронации раздать, чтобы попросту не запутаться.

Ровно в шесть вечера пришел Суворов, который не слишком баловал меня своим присутствием надо сказать, хоть и числился при моем дворе. А ведь мне еще ему зарплату нужно будет платить из собственного содержания.

Я уже хотел было указать ему на этот факт, но Суворов меня несколько опередил, слегка выбив из колеи.

– Добрый вечер, ваше высочество, – поздоровался он, найдя меня в приемной, где я сидел на диванчике, наблюдая за носящимися взад-вперед слугами – суета перед отъездом перешла уже сюда и, похоже, прекращаться не собиралась. – Я завтра отправляюсь в Москву с вами.

– Вот как, и что же вас сподвигло? – я перевел взгляд на Суворова, оторвав его от Крамера, который в этот момент тащил к двери какой-то огромный сундук. Не помню, чтобы в моем багаже был подобный, когда мы только-только приехали.

– Дела, что же еще, – Суворов улыбнулся. – Я все-таки состою при вашем дворе, ваше высочество.

– Только очень редко об этом вспоминаете, – я продолжал смотреть на него.

– Так уж вышло, ваше высочество. Я еду с семьей. Вы же позволите представить вам моего сына – Александра?

– Почему нет, – я даже не сразу сообразил о ком идет речь. – А сколько ему?

– Уже десять. Самый возраст для начала службы в качестве камер-пажа, не находите?