Время главных калибров: читать начало книги онлайн

Обитали конфинианцы в удаленной от центра галактики части рукава Персея, почти на границе Протектората и Серого Периметра. К началу войны они полностью освоили свою звездную систему и уверенно закрепились на планетах еще четырех звезд, три из которых находились за пределами Протектората. С бейтанами, активно перемещавшимися по всему Серому Периметру, конфинианцы не раз пересекались, но до серьезных конфликтов их разногласия никогда не доходили.

Зачем вообще этой расе понадобилось встревать в большую войну, Виктор понять так и не смог. Возможно, какое-то из более сильных государств, а то и весь зарождающийся Альянс в целом, сделал конфинианцам предложение, от которого те не смогли или просто побоялись отказаться.

Так или иначе, но в дополнение к линкору горвов и четырнадцати эсминцам линоуров в числе противников отряда Вершинина оказались два тяжелых и три легких крейсера конфинианцев. Примерно четверть всего их флота, к слову. Плюс, естественно, патрульные корветы и корабли снабжения. Транспортов с десантом обнаружить не удалось, ну так Альянс пока и не собирался брать штурмом планеты флеев.

— Без встречного удара из системы шансов не вижу, — мрачно прорычал Герранд, глядя на отметки кораблей противника на тактической голограмме, — да и с ним легко не будет. Знать бы еще сколько у флеев кораблей в эскадре прикрытия…

Подобраться на дистанцию уверенного сканирования центральных областей системы Флея «Фрактал» Корры не смог, так что формально этих данных у штаба отряда не было, однако Виктор имел свой источник информации. В отличие от состава эскадры Альянса, в списке вымпелов флота флеев вряд ли могли произойти какие-то серьезные изменения с момента встречи Вершинина с Галфом. Три авианосца, два тяжелых и десять легких крейсеров, восемнадцать эсминцев и сколько-то корветов и других малых кораблей. Плюс к тому несколько десятков отдельных авиагрупп, размещенных в ангарах орбитальных крепостей и на спутниках планет — специфика флеев, просто повернутых на москитном флоте.

Немалая сила, на самом деле, но связаться с флеями Виктор не видел никакой возможности. Установленные Альянсом генераторы помех намертво глушили все передачи по гиперсвязи, а повторить фокус с просачиванием в систему на модернизированном «Фрактале» оказалось невозможно. Противник учел опыт предыдущего сражения и в разы повысил плотность сканирования ближних подступов к системе.

Виктор понимал, что Герранд прав. Атаковать противника, не имея гарантии, что флеи нанесут встречный удар изнутри системы, было бы авантюрой. И главную угрозу представлял, естественно, линкор горвов. Победить его в открытом бою один на один «Чунцин» бы не смог даже с учетом всех возможностей Вершинина и Шерхана. Большой ресурс и высокая скорость перезарядки силового щита линкора делали бессмысленной артиллерийскую дуэль на дальних дистанциях, а попытка вступить в ближний бой быстро привела бы к гибели тяжелого крейсера просто из-за критической разницы в огневой мощи.

Валить этого толстокожего монстра следовало либо с помощью такого же линкора, а лучше двух-трех, либо комбинированной атакой целой эскадры кораблей более низкого ранга, да и при таком раскладе победа вряд ли досталась бы просто.

Впрочем, такой амбициозной цели, как полное снятие блокады с системы Флея Виктор перед собой не ставил. В конце концов, всё, что он обещал Ц-Хашшу, это доставить в его систему третью часть мюонных деструкторов и других военных грузов, найденных в пространстве Орды. Так что биться насмерть с линкором горвов было необязательно, что, естественно, несколько упрощало задачу.

Дело другое, что по сравнению с боевыми кораблями транспорты разгонялись удручающе медленно, а слабые защитные поля и тонкая броня не оставляли им даже призрачных шансов в любом серьезном бою. Выход из прыжка в зоне действия стационарных сканеров противника неминуемо сделал бы их главной целью для тех же эсминцев линоуров, способных быстро перекрыть им вектора разгона и расстрелять торпедами.

В общем, транспорты следовало всячески беречь и прикрывать, пока они неспешно разгоняются для прыжка внутрь системы, а это значило, что сцепиться с превосходящими силами Альянса эскадре Виктора всё-таки придется.

— Уничтожить всю эскадру противника, как это получилось у Бейта, мы не в состоянии, — озвучил свой вывод Вершинин. — Единственное, что мы можем и должны сделать — обеспечить прорыв к Флею транспортных кораблей. При этом нам нужно еще как-то ухитриться не потерять половину, а то и больше, собственных вымпелов, иначе с чем мы потом пойдем к Земле?

В штабном модуле «Чунцина» повисла тишина. Очевидность озвученного командующим вывода сомнений не вызывала, и даже Ц-Хашш, которого, казалось бы, такой подход мог и не устроить, не стал высказывать никаких возражений.

— Мои аналитики провели расчет нескольких сценариев прямого прорыва, — через несколько секунд прервал затянувшуюся паузу Герранд. — Они отличаются только выбором вектора атаки и типами боевых ордеров. Во всех случаях результат не впечатляет. Предполагаемая тактика противника достаточно очевидна, но не вполне понятно, что мы можем ей противопоставить. Нашу эскадру обнаружат сразу после выхода из прыжка на дальних подступах к Флею. Понятно, что прямо в точке выхода нас никто встретить не сможет, но у Альянса в постоянной готовности находятся все четырнадцать эсминцев линоуров. Именно они, как самые быстрые из кораблей противника, должны сыграть роль сковывающих сил. Когда они выйдут из прыжка на нашем пути, транспорты еще не успеют набрать и двух третей скорости, необходимой для ухода в гипер. Продолжать разгон против встречного торпедного залпа — то еще удовольствие, а значит, придется маневрировать и, соответственно, терять скорость. Дальше подтянутся легкие крейсера, и наше продвижение еще сильнее замедлится. Мы, конечно, прорвем этот заслон, но свою задачу он выполнит, и нам успеют перекрыть вектор разгона основные силы эскадры Альянса. Как минимум, это будут оба тяжелых крейсера конфинианцев. В этом случае некоторые шансы на прорыв транспортов еще остаются, но нам придется уходить в прыжок к Флею вместе с ними, иначе нас просто уничтожат, как только к месту боя выйдет линкор горвов. И это, напомню, один из лучших сценариев. Во многих вариантах линкор успевает вступить в бой до того, как транспорты завершат разгон, и тогда для нас всё заканчивается полной катастрофой.

— Ну, подобный лобовой прорыв никто и не рассматривает, — осторожно шевельнув недавно пострадавшим крылом, возразил Ц-Хашш, — но в одном альфа Герранд, несомненно, прав — встречаться в бою с линкором горвов нам категорически противопоказано.

— Формально мы слабее противника, — негромко произнес полковник Лян, по лицу которого не было понятно, испытывает ли он хоть какие-то эмоции, — но в нашей эскадре есть два уникальных корабля, далеко не все возможности которых известны врагу. Я говорю о «Фрактале» лид-капитана Корры и моем «Чунцине». Последний, впрочем, обязан своими необычными свойствами исключительно генералу Вершинину, — Лян коротко кивнул Виктору. — Думаю, именно в этих возможностях скрыто потенциальное решение нашей проблемы. Конечно, в штабе Альянса знают о высокой боевой эффективности артиллерийских систем «Чунцина». Я бы даже сказал, об аномально высокой эффективности. И всё же ничего экстраординарного, кроме запредельной точности стрельбы, он пока врагу не демонстрировал.

— А есть что-то еще, о чем мы не знаем? — немедленно заинтересовался Ц-Хашш.

— Сейчас нет, — всё так же спокойно ответил командир «Чунцина», — но кое-что можно сделать. Правильно ли я понимаю, что большого смысла в еще одном рейде «Фрактала» по контролируемому противником пространству не просматривается?

— Думаю, вы правы, — кивнул Виктор. — Вряд ли мы обнаружим что-то новое, а время может быть упущено.

— В таком случае мы можем сконцентрировать все наши, скажем так, особые возможности, в одном месте, — в голосе полковника Ляна впервые прорезалось что-то похожее на азарт охотника, увидевшего возможность добыть долгожданный трофей. — Как я понял из объяснений начальника инженерной службы, довольно заурядный корабль-разведчик проекта «Фрактал» приобрел уникальные свойства скрытности и экстраординарные способности к обнаружению противника исключительно благодаря подключению к его системам универсальных блоков, любезно предоставленных генералу Вершинину нашим союзником, пожелавшим остаться неизвестным.

— Хм, полковник, а можно ближе к делу? — нетерпеливо перебил Ляна Герранд.

— Минуту терпения, — нейтрально улыбнулся командир «Чунцина». — Суть моего предложения весьма проста. Мы можем переставить комплект полученных от союзника блоков с «Фрактала» на мой крейсер и получить в итоге корабль с тактико-техническими характеристиками, значительно превосходящими то, что может ожидать от нас противник. Во всяком случае, модернизированный таким способом линкор «Эверест» проявил себя в бою у Тинны очень неплохо. Почему бы нам не повторить этот положительный опыт?

— Потому что «Чунцин», к сожалению, всё равно останется при этом лишь тяжелым крейсером с огневой мощью и дальностью стрельбы, соответствующей его рангу, — недовольно прорычал Герранд. — Такая модернизация всё равно не позволит ему сравниться с линкором горвов, а уникальный и практически неуязвимый корабль-разведчик мы при этом потеряем.

В сущности, Герранд был, конечно, прав. Впрочем, полковника Ляна Вершинин тоже прекрасно понимал. Было бы странно, если бы командир «Чунцина» не стремился улучшить боевые качества своего корабля, пусть и демонстрируя при этом некую долю здорового эгоизма. И всё же в предложении Ляна что-то было. Интуиция Виктора буквально сделала стойку, как только полковник озвучил свою идею. Осталось только понять, что именно заставило ее так отреагировать на слова командира крейсера.

— В бою у Бейта к успеху привел демонстративный прорыв «Волка-114», позволивший разделить вражескую эскадру и разбить ее по частям, — продолжил Герранд, не услышав возражений от полковника Ляна. — Правда, для самого крейсера он закончился довольно печально, да и вся операция моментами, прямо скажем, балансировала на грани полного провала. Тем не менее, возможно, решение нужно искать именно в этом направлении. В конце концов, ложная атака может быть не одна или осуществляться не одиночным кораблем, а небольшой группой.

Какое-то время обсуждение еще продолжалось, но совещание явно заходило в тупик, и Виктор решил его свернуть. Ему хотелось в спокойной обстановке обдумать слова полковника Ляна, к которым он помимо своей воли всё время мысленно возвращался.

В каюте Вершинин застал Корру, полностью погруженную в изучение тактической голограммы и нескольких виртуальных экранов. Судя по множеству отметок, испещривших объемное изображение окрестностей системы Флея, она анализировала добытые «Фракталом» сведения о противнике. Пальцы Корры быстро мелькали, перемещая по экранам пиктограммы кораблей и отдавая вычислителю приказы на обработку данных.

— Как поговорили? — спросила она, не отрываясь от расчетов.

— Безрезультатно, — пожал плечами Виктор. — Полковник Лян предложил снять с твоего корабля оборудование Галфа и установить его на «Чунцин».

— Вполне ожидаемо, — спокойно кивнула Корра. — Он пару часов назад подъезжал ко мне с этим вопросом. Я сказала, что если надо для дела, то я не против, но за окончательным решением отправила его к тебе. И что, больше никаких здравых идей?