– Вот именно! Нет, Яник, ты никак не можешь уехать завтра!
Фанфимур тем временем попытался открыть комод, но не сумел и стал скрести дверцы лапами. Яник повернулся к нему:
– Ты чего?
– Загляни туда, – предложила Эльта и взяла кота, бурно выражавшего недовольство.
Яник открыл шкафчик комода, и его волосы тронул влажный ветер с запахом леса. Внутри было до странности темно. Яник сунул туда руку – но вместо стенки нащупал пустоту. Кот размахивал лапами и извивался, пытаясь вырваться, Эльта еле удерживала его.
– Дети, дети, вы здесь? – послышался голос Данны и скрип лестницы.
Яник торопливо закрыл дверцы, и Эльта выпустила кота, который обиженно фыркнул. Появилась Данна со свечой.
– Что это вы сидите в темноте? Хотя я в детстве тоже любила всякие укромные места. Устраивала там тайники, прятала конфеты… Госпожа вас зовёт.
Увидев Эльту и Яника, Валессина объявила:
– Кажется, погода улучшилась. Если она снова не испортится, завтра, Яник, мы с Эльтой проводим тебя в Хеду, я уже договорилась с возницей, он будет ждать тебя в одиннадцать.
– Спасибо, госпожа Валессина, – ответил Яник и вздохнул.
За ужином он молчал, напряжённо размышляя о чём-то. Эльта тоже думала о своём и на вопросы тёти отвечала невпопад.
– Дорогие, по-моему, вам надо лечь спать пораньше, – заключила тётя. – Вы устали. Оно и не удивительно – сегодня было слишком много впечатлений, не так ли?
Вспомнив письмо Кауса, Яник и Эльта многозначительно переглянулись.
Поднимаясь по лестнице, Яник сказал:
– А что, если это тётя твоя? Ну, тот друг, который всё знает, но виду не подаёт?
– Я сейчас за столом тоже об этом подумала! Сначала, правда, я решила, что это Данна – она тебе заранее комнату приготовила и говорила про тайники на чердаках… Но нет, наверное, это тётя.
– Хорошо бы! И даже если так, я всё равно не смогу прямо попросить её. Нужен хоть какой-нибудь предлог, чтобы остаться! А мне надо остаться!
– Конечно, надо! Иначе нам придётся идти на Остров прямо сейчас.
– Ага, и заблудиться в ночном лесу. Или, если повезёт, заявиться во дворец среди ночи и разбудить королеву. Она очень обрадуется и сразу выполнит все наши просьбы.
– Каус обрадуется не меньше, – вставила Эльта.
– Слушай, а может, мне заболеть? – предложил Яник.
– Нет, это точно не пойдёт, – возразила Эльта. – Тётя примется тебя лечить – и вылечит, уж будь уверен. Она ни на шаг от тебя не отойдёт. А если и отойдёт, заставит Данну неотлучно сидеть у твоей постели. Тогда мне придётся идти на Остров одной.
– Об этом даже думать забудь! Но что тогда? Болеть же можно по-разному, совсем не обязательно ложиться в постель. О, я могу что-нибудь сломать!
– Учти, ломать придётся по-настоящему – иначе никто не поверит. Тётя позовёт доктора, а потом ты в гипсе поедешь домой.
– Ну тогда не знаю, – нахмурился Яник. – Ладно, в конце концов, это Каусу надо – вот пусть он сам и выдумывает мне поводы остаться! Мы-то с какой стати должны голову ломать?!
– Интересно, что он придумает на этот раз, – сказала Эльта и зевнула.
Пожелав Янику спокойной ночи, она ушла к себе. Яник тоже улёгся в постель, но ему не спалось. Не давала покоя мысль, что здесь в доме, совсем рядом, есть дверь на Файолеану. Захотелось прямо сейчас отправиться туда – но Яник остановил себя: если вылазка будет удачной, Эльта обидится, что он её не взял. А если что-то пойдёт не так, ей придётся идти за ним или звать Кауса на помощь.
– А проблем и так предостаточно, – сказал Яник сам себе и закинул руки за голову.
Он опять начал выдумывать предлоги, чтобы остаться, но варианты были один фантастичнее другого. Устав их перебирать, Яник вскочил с кровати и босиком подошёл к окну.