Нета и Грета принялись наперебой снабжать учителя всеми подробностями произошедшего. Казмер с приятелями вяло оправдывались. Яник молча закрыл свой портфель и поправил одежду.
– Я могу идти домой, господин учитель?
– Да, конечно, если с вами всё в порядке. Драки в школе строго запрещены и не могут остаться без наказания…
Он сделал паузу. Яник и Эльта затаили дыхание.
– …но в этом происшествии нет вашей вины, так что по поведению у вас остаётся «хорошо» и завтра вы поедете на экскурсию. В последнее время вы старались. Надеюсь, после экскурсии ваше прилежание останется прежним.
– Спасибо. До свидания, – сказал Яник и ушёл, и Эльта вместе с ним.
Когда они вышли на крыльцо, Эльта вздохнула с облегчением:
– Как хорошо, что я успела!
– Зря это, – проворчал Яник. – Сам разобрался бы с ними.
– Ага, зря! Все наши планы пошли бы насмарку! Завтра нам надо быть на маяке – и, между прочим, ты сам мечтал туда поехать! Дела Острова поважнее, чем вся эта чепуха!
– Да, всё правильно! – ответил он раздражённо. – Только больше не вмешивайся, ладно? Чувствую себя как маменькин сынок!
Эльта устало закатила глаза и сказала, с нажимом разделяя слова:
– Всему своё время! Сегодня было не время с ними разбираться, вот и всё! Не время!
Яник вдруг перестал злиться и тихо ответил:
– Угу. Ну я ему устрою. И долго ждать не придётся.
Смотритель маяка
На экскурсию должны были поехать десять человек. На следующее утро все собрались у школьного крыльца. Было пасмурно и прохладно, пар шёл изо рта. Эльта стояла, засунув руки в карманы пальто, и задумчиво наблюдала, как фонарщик гасит фонари. В зябкой серо-синей утренней мгле было что-то манящее и одновременно тревожное. Эльта поймала себя на мысли, что, когда Каус увозил её и Эймера на Остров, она почему-то волновалась меньше, чем сейчас перед поездкой на маяк. А откуда взялось это волнение, она не могла понять.
Пришёл Яник, но они не успели ни о чём поговорить, потому что подбежала Грета и сразу затараторила:
– Учитель страшно рассердился на Казмера и его дружков! Они все лентяи и сегодня едва ли успеют исправить свои ошибки. Им велено сто раз написать: «Я должен благонравно себя вести» и ещё целую неделю на два часа оставаться в школе после уроков. Так им и надо! Эльта, ты очень хорошо придумала позвать учителя. Я даже не догадалась сразу. А ты, Яник, так храбро себя вёл! Мне очень понравилось, что ты…
Она не договорила: подъехала повозка и все стали рассаживаться. Эльта, Яник и Грета оказались недалеко от учителя, и, к великой радости Яника, Грета оставила эту тему.
Всю дорогу до маяка Яник напряжённо молчал, поглядывая в окно. Они покинули город, проехали порт, и слева потянулись скалы, а справа – пустынный, неприветливый берег. У Эльты в мыслях крутилась уйма вопросов и догадок.
Вдруг с улицы раздался дружелюбный голос:
– Стоп, сто-оп! Дальше – пешком, ведь вам надо полюбоваться на маяк со стороны! Выходите, друзья мои, выходите, добро пожаловать!
На дороге их ждал невысокий человек лет шестидесяти. Сразу было видно, что он улыбчивый и очень любит поговорить. Яник в недоумении сдвинул брови.
– Как я рад гостям! Жизнь на маяке уединённая, здесь редко бывают посетители. Хотя, поверьте, здесь есть на что посмотреть… Ну что, все в сборе? Хорошо добрались, не замёрзли? Меня зовут Базиль, я смотритель этого маяка.
Учитель поздоровался с ним, напомнил детям, как надо себя вести, и передал слово Базилю. Эльта посмотрела назад. Город остался далеко, в нескольких милях отсюда.
– Этому маяку уже больше двухсот лет, – сказал смотритель. – Больше двухсот, только представьте! А я служу здесь всего вторую неделю… Прежний смотритель уехал. Но не думайте, друзья, что я плохо разбираюсь в маячном деле! Я слежу за маяками уже два десятка лет. Раньше я был моряком, а теперь вот, видите, помогаю другим морякам не сбиться с пути… Хорошее это дело, пусть и трудное.
Он повёл ребят к маяку.
– Смотрите, маяк стоит так, чтобы его свет было видно далеко-далеко в море. Гайстунский маяк видно за семнадцать морских миль! Это примерно девятнадцать сухопутных – морская миля несколько длиннее обычной… Зимой маяк не работает, но сейчас, когда бушуют осенние шторма, без него не обойтись. А кто знает, от какой угрозы этот маяк спасает суда?
– От рифов, которые находятся к югу от гайстунской бухты, – ответил Яник. Остальные с уважением посмотрели на него.