Однако японский бизнесмен счёл своим долгом по-дружески предупредить:
— Смотрите! Вас дома могут подстерегать неприятности. В вашем порту просто свирепствуют рэкетиры — очень плохие люди. Так что будьте готовы…
Разумеется, на судне тут же прошло минутное совещание.
Челкашкин, как всегда, отрезал:
— Никакой паники. Прикинем на всякий случай план действий.
— Дадим радиограмму Буруну — и никаких проблем! — предложил Перчиков.
— Подготовим для встречи технику, — усмехнулся Мишкин и спустился в трюм к динозавру.
Борщик приготовил маску и гантели. Сладкоежкина, которой было теперь что защищать, зачем-то попросила у Борщика здоровенную кость, а Стёпа запасся дубиной.
И вся команда вывалила на палубу.
Но странно: город уже приближался, шумели над мачтами горластые чайки, а радостных криков с берега всё ещё не было.
Уже остался слева по борту громадный скалистый остров. Уже поднялся справа известный всем океанским мореходам маяк.
Поплыли навстречу разные газеты, рекламные грязные плакаты. И Землячок с Сынком, выпустив по прощальному фонтану, отвернули обратно, в океанский простор: читать глупые статьи и рекламы, а тем более глотать их, у мудрых китов не было никакого желания.
Наконец показалась сквозь снег на сопке телебашня и огромный памятник, на котором боец в остроконечном шлеме трубил добытую когда-то победу. А радостного шума всё не было, ни шума, ни песен, ни криков.
Но зато по причалу возле иномарки прогуливалась стайка таких ребят, что Федькин заметил:
— Сейчас, кажется, пригодится мне гипсовая нога.
— И ещё кое-что! — добавил Борщик и побежал в каюту, где у него лежала страшная драконья маска.
И был прав: в порту, услышав о ценном грузе, на самом деле собралась известная группа крутых рэкетиров. Потому-то, видимо, на причале никого не оказалось.
Весёленькие ребята, совсем как четыре Джека, потряхивали мускулами, потирали руки, подёргивали ногами, предвкушая хорошие денежки за действительно ценный секретный груз.
— Ну что ж, — произнёс Мишкин, доставая гаечный ключ и закатывая рукава.
— Встретим! — согласился вытащивший свою гипсовую ногу Федькин.
Закатывать рукава тельняшки стала даже Матрёшкина, а Сладкоежкина, натягивая на себя что-то зелёное, кроме всего, прихватила, как было сказано, у Борщика здоровую суповую кость…
Но тут появился Челкашкин и предупредил:
— Не надо суетиться. Солнышкин следит: если что — полный назад!
И как только «Даёшь!» пришвартовался к берегу, Челкашкин сверху крикнул:
— Привет, ребята! Вы к нам? Только давайте по одному: груз не терпит скопления людей.
На причале удивились и сомкнулись в тесный круг.
— Точно по одному? — спросил наконец самый главный.
— Сказано же! — подтвердил Челкашкин.
— Ну что, я пошёл, — сказал главный, оглядываясь на остальных. — После меня — по одному!
Едва он вбежал по трапу, в физиономию ему ткнулась распахнутая драконья пасть, а мимо пробежал зелёный ящер с громадной костью в зубах.