Целая книга, чтобы написать на самом деле, с ним в качестве музы. Но нет необходимости вдаваться в подробности по этому поводу. Никогда.
— А, понятно. Ты хорошая девочка.
Он понимающе фыркает. Глупые насмешки. Придурок. Как будто он знает что— то обо мне. И…его слова не невнятны, но кто знает, сколько пива он выпил до сих пор.
— А ты какой— то несносный, — выпаливаю я, нет, мы больше не наслаждаемся нашим маленьким тет— а— тет.
Это только заставляет его смеяться сильнее, его голова откидывается назад, а рука скользит по прессу, когда он отпускает ее. Определенно навеселе, если не совсем пьян. Такого рода дерьмо мне не нужно. Если бы я хотела, чтобы меня осудили, я бы продолжила разговор со своей матерью.
— Приятно познакомиться, Эван.
На этой ноте я направляюсь к двери.
— Подожди! Пожалуйста. Мне очень жаль.
Он встает со стула и подходит к перилам, ближайшим к моей стороне.
— Я не хотел тебя смущать.
Я поворачиваюсь к нему, скрестив руки на груди. Жду.
— Если уж на то пошло, мне немного одиноко из— за всего этого карантина. Как— то не по себе от того, что приходится все время сидеть дома. — Он потирает свою золотистую грудь.
Я не могу не наблюдать за движением. Его грудь массивна. Небольшое количество светлых волос на ней равномерно рассыпалось по всему пространству в нужном количестве. Не слишком пушистый или пещерный, но определенно мужественный. Бьюсь об заклад, он мягкий. Дальше внизу находятся восемь — да, восемь — видимых мышц пресса. У кого на земле сейчас есть восемь кубиков? Может быть, он личный тренер. Хм… Личный тренер запирается в квартире во время карантина, заканчивает “тренировать” домработницу, и они влюбляются. Я снова морщу нос. Слишком клише и порно. Нет, я возвращаюсь к горячим качкам.
— Ты обычно гуляешь, да?
— Да. Обучение, работа, догонялки, друзья…разные вещи. Ты знаешь. — Его улыбка слаба, но кажется искренней.
— А как насчет тебя?
— Обычно я работаю из дома, так что для меня это не такая большая разница. Я люблю свою квартиру и вид.
Это одна из причин, по которой я не вернулась в Техас после получения степени по английскому языку в Беркли. Я влюбилась в Сан— Франциско. Залив, мост, ночная жизнь и все остальное. Холмы, трамваи, маленькие ресторанчики у воды. Я обожаю все это.
— Однако раздражает, что ты не можешь просто выйти и сделать все, что захочешь.
— Конечно, — соглашается он.
— Я поговорила со своей семьей и набрала номер одной из моих подруг, но просто выйти выпить приличный кофе с пирожным или прогуляться, или сходить в спортзал…
— Расскажи мне об этом. — Когда он опирается на перила, мышцы его плеч и предплечий напрягаются завораживающим образом. — Обычно я провожу там пару часов в день. Отжимания и приседания в гостиной на самом деле не имеют одинакового эффекта. В комнате для гостей есть беговая дорожка и велосипед, но это не одно и то же.
— А у нас только второй день.
— Черт. Не напоминай мне.
Он проводит рукой сквозь темно— русые волны на макушке. Волосы рассеиваются и падают обратно на свои места, будто он так и задумал.
— Значит, ты снимаешь квартиру Джейка? — Спрашиваю я.
Потому что любопытная. Большинство из нас, писателей, таковы. Эван на мгновение отводит взгляд, разглядывая затянутое тучами небо и пустой город.
— Ага. Я…я просто присматриваю за ней, пока он работает за границей.
— Хорошо.
Его ответ звучит как— то странно, но пока оставлю его в покое.