– И на мой взгляд, там барометр все шторма обещает. Плохая погода, одним словом.
– Дед, он сам меня отпустил, честное слово! Сказал, что утомился и Ярослава более чем достаточно!
– Дурочку-то не включай, – седой кряжистый старик недовольно поморщился. – Мальчишка лучше тебя соображает, прочитал как открытую книгу. Разумеется, ему для налаживания отношений проще тебя спровадить, раз у кое-кого зад дымится от нетерпения. Но я-то попросил за мальцом присмотреть не потому, что слуг в доме мало. Мне нужно, чтобы ты свое мнение составил, притираться начал. Анджей в будущем твоя потенциальная опора в серьезных делах. Он как пластилин, если сейчас правильно характер отформовать, получишь преданного человека, способного за тобой шагнуть под пули. И ближников подбирают не из тех кандидатур, кто покрасивее в личном деле строчек налепит. Ближников выращивают рядом с собой.
– Я с ним с утра уже на завтраке виделся, все с ним в порядке.
– Значит так, – окончательно рассердился князь Голицын. – Правила внутреннего этикета и взаимоотношений между различными классами в Империи тебе давали еще в начальной школе. Если из головы не вылетело, то сообразишь, как использовать семье на пользу. Но от себя лично я одно обещаю. Как именно ты поможешь парню в гимназии освоиться, меня не касается. Принципиально вмешиваться не буду. Потому что за Потоцким уже очередь готова выстроиться. Хоть сейчас в интернат для особо одаренных заберут и под вояк или службу безопасности венценосца начнут готовить. Но Анджей нам самим пригодится. Так что лучше я на учителей потрачусь. Но если в июне у него в табеле отметки будут не очень и надзирающий за поведением из гимназии мне шепнет, что гнобят парня… Считай, что погода на Черном море для тебя на все лето тогда исключительно штормовая. И никуда ты отдыхать с дружками не поедешь. С этим ясно?
– Ясно, – хмуро ответил Михаил.
– А я заодно посмотрю, понаблюдаю, как ты в условиях прессинга можешь личные проблемы решать. Если озлобишься и на парне срываться начнешь за свою бестолковость, это одно. Если гордыню заломаешь и поддержку потенциальному ближнику окажешь, то совсем другое. А теперь ступай, пока еще не схлопотал. Отец табель твой прочитал за обедом, очень задумчив стал. Так что на орехи еще достанется и без меня.
С отцом разговор прошел в куда более мрачных тонах. На трояк по математике наложились еще старые проблемы, которые по совокупности вылились в запрет на компьютерные игры на месяц и урезание карманных денег. Поэтому во флигель для «налаживания отношений» Михаил пришел в самом мерзком настроении. Поднялся на второй этаж, нажал кнопку звонка. Неожиданно двери открыл малознакомый парень из охраны. Поклонился, отошел в сторону, освобождая проход.
– Анджей где?
– У него тренировка, освободится через полчаса. Будете чай, кофе, Михаил Степанович?
– Спасибо, я только с обеда. Кто нашего новичка тренирует?
– Пока все наставники собрались, оценивают его сильные и слабые стороны.
– Оценивают? Тогда точно, минимум полчаса будут жевать. Ладно, давай в самом деле чаю налью.
Можно было бы посмотреть, как именно мучают Анджея, но Михаил решил не нарываться. Княжескую дружину натаскивали настоящие волкодавы. И за попытку помешать процессу обучения могли при случае и палкой вдоль хребтины попотчевать. Причем жаловаться бесполезно – имели полное право, это их епархия. Так что лучше посидеть, ароматный чай попить и новости полистать.
Тренировка действительно закончилась в указанное время. Дверь в зал открылась и оттуда цепочкой потянулись одетые в кимоно или летний камуфляж мужчины и женщины. Последним вышел добродушный дядька в костюме, похожем на пижаму в цветочек. Аристофан Михеевич, личный домашний целитель князя и большой любитель народной медицины. Правда, прививки в задницу в положенное время он ставил недрогнувшей рукой, поэтому именно его Михаил побаивался больше других врачей. Детские фобии, что поделать. Вся процессия величаво раскланялась и ушла, оставив после себя слабый запах трав, прихватив с собой и охрану. Так и не дождавшись хозяина квартиры, Михаил заглянул в распахнутую дверь.
Анджей лежал пластом на матах, раскинув в стороны руки и ноги. Покосившись на гостя, хрипло пожаловался:
– Знал бы, что у вас такие порядки, лучше бы в больнице богу душу отдал.
– Чего так?
– Каждый хотел проверить, что знаю и умею, до какой границы можно загонять. А этот, с цветочками, все советовал любую боль и неприятные ощущения обратно возвращать. Типа, раз умею, так надо пользоваться.
– Воспользовался?
– Разок. После чего на меня всерьез и насели.
Почесав затылок, Михаил неожиданно для себя пришел в хорошее расположение духа. Нет, когда другим паршиво, радоваться вроде как неприлично. Но почему-то именно только сейчас до княжеского внука дошла вполне очевидная вещь. Во-первых, он на три года старше лежащего на матах пацана. И всегда будет старше. Значит, отдавать приказы будет именно он и эти роли не поменяются. Кроме того, Анджею светит место ближника в лучшем случае. Верного слуги, помощника и защитника. Да, никто силой удерживать не станет, но и потолок карьеры для человека в клане все же известен. Даже гении знают, в каких именно рамках им разрешено проявлять свои способности. Потому что княжский клан – это одно, а семья и кровь – совсем другое. Ну и последней мелочью был внешний вид мальчишки. Проходя мимо зеркала Михаил мимоходом отметил свою крепкую фигуру, смазливое лицо и общую фактуру, на которую западали почти все знакомые девчонки. И совсем другое – этот жалкий цыпленок, упавший без сил после обычной тестовой тренировки. Дать парню надежду, изобразить из себя заботливого старшего брата и можно больше не бояться, что отец с дедом продолжат гундеть над ухом. Всего-то – относиться по-человечески, не изображая из себя зажравшегося хлыща из золотой молодежи. Кстати, таких спесивых снобов Михаил и сам терпеть не мог.
– Ладно, сгребай себя в кучу и топай в душ. Я пока чай горячий сделаю. Перекусим и пойдем к сестрам. Они сильно обижаются, что до сих пор для тебя не помузицировали. Там нам главное минут десять под обстрелом классической музыки продержаться, а потом можно на что-то другое переключиться.
– Музыка? Это хорошо. А вот джаз люблю, хотя ничего в нем толком не понимаю.
– Вот и будешь их сбивать с Баха и Моцарта на что-нибудь поживее. Давай, я на кухню…
– И как он?
Приглушенный свет, тени по углам, тяжелые шторы на окнах. Князь с сыном прозаседали вчера допоздна, поэтому встав рано утром предпочли обедать в тихой, спокойной обстановке. Как будто и не ложились, а так, глаза на пару минут закрыли. Разборки с немцами неожиданно вскрыли целый пласт проблем, организованных пока еще не известным недоброжелателем. Вот и пришлось хорошенько подумать, как именно и кризис проскочить без потерь, и вычислить слишком прыткого конкурента, подставившего бошей в многоходовой комбинации.
Но сейчас Льва Васильевича интересовал краткий отчет, с которым уже ознакомился наследник. Отличный повод за едой переключиться от тяжелых дум на что-нибудь перспективное и интересное.
– Запущенный мальчик. Чему-то у домашней охраны и в школе научился, но дед сильно экономил на его развитии. Вполне возможно, что и про проявившийся дар был не в курсе.
– Но в перспективе?