Уже к вечеру, сидя у себя в номере он рассматривал отснятые кадры в увеличенном изображении — слава богу и цифровой технике, пусть фотографы и говорят, что снятое не на пленку лишено души и вообще не то. Но когда на первый план выходит удобство, а фотокамера с высоким разрешением — все прекрасно видно. Дом как дом, только вот все окна закрыты шторами. Обитателей тоже не видно. Следовательно, нужного человека он так и не смог найти. Жаль, но придется уезжать ни с чем. Можно, конечно попробовать проследить в темноте…
Ноймайер собрал свои сумки — ночевать он здесь явно не собирался.
— Уезжаете, герр Ноймайер? — спросила его хозяйка пансиона, когда он спустился вниз.
— Да, фрау Майя, — Ноймайер положил на стойку ключи от комнаты с большим брелоком.
— Жаль. Остались бы хоть на пару дней.
— Дела, фрау Майя, дела.
— Дела — это святое. Ну заезжайте к нам, когда у вас не будет дел. Будем всегда рады, — улыбнулась ему хозяйка.
— Обязательно.
Фрау Майя проследила, как Ноймайер вышел на улицу, и сняла трубку старомодного телефона.
Ноймайер уже почти выехал на автобан, как вдруг раздался хлопок, и машину повело влево. Вот черт, такая неприятность…
Он вышел из машины, и склонился над колесом. Чувство опасности взвыло слишком поздно, и успев почувствовать сильный удар по затылку, Ноймайер потерял сознание.
…Пробуждение было неприятным.
— Ну-ну, просыпаемся, герр Ноймайер, или как вас там на самом деле! — почувствовав хлесткие удары по щекам, он открыл глаза. Что за черт!
Он висел голый, растянутый на цепях, прибитых к полу и потолку в позе святого Андрея. Дернувшись пару раз, он понял, что освободиться не удастся. А перед ним стоял человек в козлиных шкурах и рогатой маске. На заднем плане за всем этим наблюдало человек десять с размалеванными лицами, живописно одетых в стиле готов, среди которых Ноймайер с удивлением увидел и хозяйку пансиона фрау Майю.
— Мы не любим сильно назойливых туристов, или тех, кто выдает себя за них, — местный ряженый черт взял с разложенных на полу его вещей фотокамеру, и начал просматривать снимки. — Хорошие кадры, видна рука мастера. И самое главное, дом снят во всех ракурсах.
Рогатый вновь положил камеру на пол.
— Кто вы, герр Ноймайер? Журналист, полицейский, или просто слишком любопытный тип? Который на свою беду уж очень интересовался моим домом?
Клаус молчал.
— Молчите? Ну хорошо, молчите и дальше, — рогатый нагнулся, и взял с пола набор хирургических инструментов. — Сейчас вы все скажете.
— Мне нечего сказать, — обронил Ноймайер. — Я турист, и меня найдет полиция, а потом и вас.
— Полиция? Вы уверены?
Один из раскрашенных сзади шутливо отдал честь.
— По данным полиции вы выехали из Саксе, а сейчас ваша машина благополучно въехала в Хемниц, и теперь уже на стоянке. То есть вас никто не будет искать, и тем более здесь. Итак, у вас есть что сказать? — рогатый поиграл скальпелем в тусклом свете лампы, подвешенной к потолку. — Последний шанс уйти быстро. Мы просто принесем вас в жертву, и все. Или?
Клаус молчал. Он проиграл, и знал это.
— Ну как хотите, — пожал рогатый плечами, и подошел к Ноймайеру.
— Ваша Светлость, разрешите? — Градов с флешкой в руках стоял в дверях кабинета Драбицына.
— Ну ты уже зашел, Сергей. Заходи, что уж там. Что у тебя? — устало потер глаза, уже болевшие от монитора, граф.
— Интересное видео появилось сегодня в даркнете, — полковник протянул Драбицыну флешку.
— Ну посмотрим, — граф вставил накопитель, и щелкнул мышкой.
— Звук лучше отключить, — посоветовал Градов.