Фантастический цикл романов "Навь". Компиляция. Книги 1-6: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

* * *

Я добирался до Манаса три недели. Причем после первой недели чувство времени отказало и почти каждую ночь меня трясло в лихорадке, попутно разрывая голову дикой болью. Мне снились кошмары, в которых жрецы Инков убивали меня многократно. Вырывали сердце, кромсали ножами, сбрасывали останки с высоких пирамид. Попутно я каким-то непонятным образом будто проживал куски чужой жизни: тех бедолаг, кого приносили в жертву «Пожирателю душ». Похоже, после уничтожения артефакта я поймал серьезнейший откат и теперь балансировал на грани выживания.

К счастью, днем я успевал выправить перекошенную ауру, стараясь забыть привидевшееся. Бег по пересеченной местности прекрасно занимал голову и позволял вечером впасть в забытье, в котором видения переносились куда как лучше. Я охотился по дороге, используя смастеренное копье, наскоро жарил добычу и глотал галеты из сухпая, если не успевал завалить какую-нибудь птицу или змею. Подобно духу джунглей, я скользил серой тенью, обходя редкие поселения и не попадаясь на глаза людям. Я превратился в зверя, сохранив остатки свой личности где-то далеко на задворках разума, слившись воедино с окружающим миром и почти забыв главное — кто я и куда я иду. Но инстинкт продолжал меня гнать к конечной точке маршрута, уберегая от встречи с реально опасными хищниками и не давая сгинуть в этом зеленом жарком аду.

В какой-то из дней я столкнулся нос к носу с аборигенами. Возможно, я их просто не воспринял как потенциальную угрозу. А они заметили меня, когда я сбросил полог и появился перед ними буквально в десяти шагах дальше по тропе. Натянув луки, аборигены медленно попятились, выдавливая из своих рядов размалеванного красками старика в замызганных шортах. Тот долго стоял, разглядывая меня, затем спросил:

— Кто ты есть, человек без имени?

Гортанная речь, которую я понял, словно общался с ними каждый день. Проклятье, это явно отголоском мне прилетело от погибших, чьи предки теперь рыскают по местным зарослям. Но раз я их понимаю, то и говорить смогу.

— Я пришел с миром. Я не несу зла.

Шаман вздохнул и осторожно пошел на встречу. Было видно, что ему очень не хочется это делать, но надо как-то прояснить непонятную ситуацию. Встав в паре шагов от меня, старик долго принюхивался, затем посерел и мелкими шажками засеменил обратно, выставив перед собой ладони:

— Дух джунглей лжет! Ты пропитан злом! Ты сам — зло! Но мы не обижаем духов! Мы чтим их, принося жертвы! Мы не твоя добыча, Пожиратель!

Вот оно как. Значит, аура артефакта каким-то образом оставила на мне отметки. Теперь придется очень постараться замаскировать новые родимые пятна, а то и волхвы начнут шарахаться или вообще постараются прихлопнуть непонятную зверушку, умудрившуюся вернуться из джунглей.

— Хорошо. Вы не трогаете меня, я не трогаю вас.

— Да, да! Мы ушли! Никто не смеет стоять на пути Пожирателя!

Индейцы пятясь убрались с тропы и подобно перепуганным цыплятам выглядывали из кустов. Стрелять никто и не пытался. Видимо, сильно Инки в свое время прошлись огнем и мечом по аборигенам. До сих пор генетическая память и сказания предков внушают священный ужас местным жителям. Но — мне же лучше. Может, обойдусь больше без приключений по дороге?

* * *

В Манаус я вошел вечером. Сначала в небольшом поселке на правой стороне нашел лавку со всякой всячиной и купил там потрепанную одежду и обувь, а так же бытовые принадлежности. Переплатил, не иначе, но местной валюты у меня не было, а двадцатка долларов вполне устроила хозяина. После чего под водной колонкой обмылся, переоделся и на автостраде тормознул старый пикап. За пятерку меня перевезли через мост и вот он — город моей мечты. Я добрался.

Дешевый мотель, равнодушный портье, выдавший мне ключ с широким пластиковым брелком, на котором кроваво-красно блестели цифры. Горячий душ, чтобы окончательно прийти в себя, бритва и мыло. Чтобы поменьше выделяться среди местных, побрился налысо. Судя по тому, как тут разгуливает молодежь, это сейчас модно или практично. После чего высосал литр пресной фильтрованной воды из бутылки и завалился спать. На удивление, больше меня никакие кошмары не мучали. Похоже, вся эта дрянь так и осталась навсегда позади, в джунглях.

Еще день я занимался тем, что осматривал обменные пункты рядом с гостиницами и прислушивался к личным ощущениям. Судя по всему, в Манаусе не было ни военного положения, ни каких-либо розыскных мероприятий. Народ жил спокойно и размеренно, занимаясь собственными делами. Поэтому разменяв пару сотен, я отправился по магазинам и к вечеру въехал уже в другую дешевую гостиницу, даже не потрудившись заглянуть в первую. Не удивлюсь, если там уже ждут заблудившегося туриста, платившего твердой валютой.

Кроме обильно перченой еды из забегаловки, я купил несколько дешевых телефонов с проплаченным дата-планом. Нужные номера у меня зазубрены намертво. Ну и отследить звонок через кучу посредников крайне сложно. Для этого надо слишком постараться, а именно такой вариант экстренной связи старший организовывал на случай работы под колпаком. Поэтому набрав первую комбинацию, я приготовился ждать. Но трубку подняли почти моментально:

— Да…

Знакомый хриплый голос, но очень уставший. В газетах, что я насобирал по городу, вроде истерия стихла. Место взрыва уже залили какой-то химией, списав игры с боеголовкой на ФАРК. Типа — это они где-то добыли проклятую бомбу и пытались взломать защиту, за что и поплатились. В эту теорию вписывалась вскрытая беготня по Колумбии, перехваченное оружие и все остальное. Отличное прикрытие получилось, кстати. Даже властям не разобраться, из-за чего там сыр-бор разгорелся. Бегали, стреляли, кого-то преследовали. А потом нажали не ту кнопку — и финита-ля-комедия.

— Это я… Говорить можно?

Минута тяжелой тишины. Похоже, меня уже списали, что и не удивительно. Я сам в чувство пришел буквально только сейчас к вечеру.

— Да, эта линия закрыта от любой прослушки… Жив?

— Без царапины даже. Проскочили до того, как один придурок солнышко зажег.

— Товар у тебя?

Хм, неприятный вопрос. И судя по напряженным ноткам в голосе, папа’ серьезно прижали с проклятой статуэткой.

— Уничтожен. Не было возможности перехватить, поэтому Гоша собой пожертвовал, но уничтожил. В итоге выживших с чужой стороны тоже нет.

— Это точно?

— Абсолютно.

Теперь граф Драбицын молчал намного дольше. Затем вздохнул и заговорил. А я слушал и мрачнел с каждым словом: