Фантастический цикл романов "Навь". Компиляция. Книги 1-6: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Глава 18

Прикинув возможные варианты, я решил сначала проверить аэропорт, а в случае неудачи уже озаботиться речным транспортом. Учитывая, как мы наследили и нагремели за время «похода за сокровищами», ожидать можно чего угодно. Начиная от пофигизма на границе и заканчивая тотальным шмоном у металлоискателей. Светить драгоценные камни и себя, любимого, очень не хотелось. Чистый паспорт у меня был, лежал про запас запаянным в пластик. О нем даже покойный Гоша был не в курсе, ни к чему ему лишние знания. Вот только документы выданы на русского, а как после ядерного бадабума местные будут относиться к гражданам Российской Империи — без понятия. Надо на месте смотреть.

Аэропорт имени Франциско Секады располагался в южной части города. И возможные неприятности стали заметны еще на подходе к нему. Усиленные патрули полиции, толпы туристов, мечтающих удрать домой как можно быстрее. Позаимствованная у одного из ротозеев газета на английском пестрела аршинными заголовками: «Начало Третьей Мировой? Кто нанес ядерный удар по Перу?»

О-па. Похоже, шило в мешке не утаили и теперь рядом с местом возможной катастрофы останутся лишь наиболее флегматичные представители местного населения. А вот прибывшие на отдых любители экзотики постараются от радионуклидов удрать, теряя тапки. С одной стороны — это хорошо, в куче взбудораженного нарда затеряться легче. Но с другой — в аэропорту мне делать точно нечего, там теперь будут рассматривать каждого под микроскопом. А у меня ни местной визы, ни объяснений, как я здесь оказался. Остается — река.

Билет на старый трухлявый пароход обошелся мне в тысячу долларов. И это еще повезло, что я был один, а не как многие семейные пары, обремененные детьми. Просто удивительно, насколько люди страх потеряли, если малолетних сорванцов тащат в такую задницу мира. Или туристические агенты стали работать слишком хорошо и завлекают иноземной экзотикой, или люди вконец с зачатками здравого смысла расстались и шляются по всему шарику, не взирая на возможные неприятности. Но зато в этой куче паникеров, орущих про «мировую войну», я вполне спокойно получил крохотный свободный угол на палубе, куда и пристроился вместе с драным одеялом и рюкзаком, забитым нужными вещами. «Глок» под свободной рубашкой чужие глаза не мозолил, нож под штаниной тоже. Мачете положил вместе пачками сухпая и теперь намеревался прикидываться ветошью до границы с Бразилией или вплоть до Атлантики. Благо, капитан корыта клятвенно обещал перепуганным мамашам, что всех-всех непременно доставит до порта Сантаны рядом с Макапой, на самом океаническом побережье. Оттуда туристы, не способные купить билеты на самолет с десятикратной наценкой, могут вернуться в САСШ или Европу на круизном корабле, на который уже сейчас активно бронируют места. Сколько с бедолаг сдерут за срочную эвакуацию из Бразилии, я даже загадывать не стал. Обдерут как липку, однозначно. Мне же главное — испариться из Перу и серой мышкой всплыть в более обжитых и цивилизованных местах, откуда любимый папа’ организует вывоз без чрезмерного напряжения сил. Заодно хоть о себе весточку подам, потому что в Икитосе любую связь глушили пригнанные вояки. Сдохший телефон к жизни возродить не удалось, поэтому я его «похоронил» в схроне с остальным оружием. Сейчас главное — пересечь границу и доплыть до места. По грубым прикидкам, надо покрыть больше трех тысяч километров по Амазонке. Пароходик выдаст не больше тридцати в час. Плюс остановки, заправки, кое-какой груз на берег спихнуть и новый принять. Около недели уйдет. Хотя, мне можно и на середине пути сойти, в Манаусе. На этом пока и остановимся.

* * *

Границу с Бразилией мы прошли поздно вечером. Причем сделали это на удивление спокойно. На стыке трех границ у городка Табанитга болтался единственный сторожевой катер, который явно обслуживал интересы и Колумбии, и Перу, и Бразилии. Пришвартовавшись к борту пароходика, пограничники даже подниматься не стали. О чем-то своем экспрессивно поругались с капитаном, затем пообнимались, получили огромных размеров корзину с фруктами и вяленым мясом, затем следом перекочевал ящик с вином и последним пухлый конверт. После чего нам помахали рукой и скрипучий Ноев Ковчег отправился дальше. Наше судно, набитый туристами, как селедкой в бочке, затарахтело дизелем и медленно пошло вниз по течению, строго придерживаясь фарватера. Глядя на резко наступающую темноту, я теперь больше волновался за возможные проблемы с плавучим мусором, чем с вооруженными гомо-сапиенсами. Видимо, так и накаркал. А может, те же погранцы слили информацию о богатых нещипанных курицах друзьям-приятелям. В любом случае, после трех часов ночи я проснулся от шума лодочных моторов.

С кормы резко вспыхнули прожектора, который выхватили надстройки и продирающих глаза со сна людей. Затем слева от нас с ревом продефилировали два катера, битком набитые небритыми мужиками в разномастном камуфляже. Автоматов и прочей стреляющей дряни у речных бандитов хватало с избытком. Как и одного крупнокалиберного пулемета, который уже направили в нашу сторону.

Не знаю, что именно вез капитан и кто еще умудрился затеряться в толпе, но только сдаваться на милость победителей неизвестные не собирались. И пока я лихорадочно прикидывал, как лучше разрулить эту проблему, имея за пазухой единственный «глок», как с нашего борта по пиратам шарахнули из четырех стволов. Причем пользоваться оружием ребята явно умели отлично.

Двумя очередями они разнесли в клочья прожектора, затем сосредоточили огонь на первом катере, где был пулемет. Бандиты успели огрызнуться короткой очередью, но невидимые теперь в ночной темноте стрелки ухлопали сначала пулеметчика, а затем добили не успевших рвануть за борт бедолаг.

Со второго катера ответили дружной пальбой, поливая расцвеченный ночной иллюминацией пароход. Пули кромсали тела на верхней палубе, прошивали тонкие борта. Насколько я мог воспринять на слух, вроде как даже одного из автоматчиков недалеко от меня убили, потому что отвечали теперь только трое. Но точку в скоротечной драке поставил один из бандитов, явно обиженный столь нелестным приемом. На корме катера расцвел багровый цветок и в нашу сторону протянулась огненная спица. Судя по всему — какой-то из клонов ручных гранатометов, а вот что он в нас запустил?..

В середине корпуса прогремел взрыв, выплеснулся тонкий язык огня. А через секунду я уже летел вверх тормашками, подброшенный воздух чудовищной силы ударом. В звенящей голове успело еще мелькнуть: «Термобарческим шарахнули, уроды!», как я врезался в теплую воду и пошел ко дну. Как ни странно, рюкзак так и держал в руках, хотя остатки одеяла сдуло взрывной волной. Счастье еще, что успел задержать дыхание и поэтому проплыл почти до самого берега, не выныривая и не подставляя голову на падающие с неба обломки.

Когда еле живой выбрался на илистый берег и затаился среди корней, позади меня остатки бандитов с катера продолжали расстреливать выживших. Горящий мазут и доски давали достаточно света, чтобы не мазать. Вскоре к ним присоединились и с первой моторки. Видимо, во время перестрелки не всех успели там на ноль помножить. Мда, человек пятнадцать с автоматами, никак не меньше. Сплюнув от бессилия, я ужом выбрался на берег и сначала ползком, а потом пригнувшись, отправился прямиком в джунгли. Помочь пассажирам я уже ничем не мог, надо было убираться, пока и самого в оборот не взяли. Судя по тому, насколько нагло и без опаски действовали мерзавцы, про реку лучше забыть. Пойду пешком, здоровее буду…

* * *

— Итак, чем вы меня порадуете, Алексей Михайлович?

Хотя Владимир Четвертый улыбался, задавая вопрос, но граф Драбицын прекрасно понимал, что веселиться нечему. Операция провалена и эта информация уже утекла наверх. От Александра никаких вестей с момента ядерного взрыва. А последнюю надежду добил Кресислав вчера вечером. Ввалился без приглашения, мрачный, осунувшийся и с единственной вестью:

— Я проверил все возможные варианты, но напарник вашего сына, Гостевид, погиб. Среди живых его точно нет.

— Когда это произошло?

— Дату точно назвать не могу, тонкие материи такие вещи не позволяют с нашей точки зрения оценить. Но совсем близко с той самой датой, когда проклятую боеголовку подорвали. Может — прямо в тот самый момент.

И что прикажешь делать после подобного рода заявлений? Вот и стоял начальник СБ на вытяжку перед императором.

— К сожалению, Ваше Величество, радовать нечем. По всем данным, наши люди погибли вместе с артефактом в момент ядерного взрыва. Эту информацию косвенно по своим каналам подтверждают волхвы.

— Сколько времени вам лично нужно, чтобы гарантированно подтвердить или опровергнуть это заявление?

— Сигналов с переданного оборудования не поступает с момента инцидента. В районе Пайтити в настоящий момент разворачивается поисково-спасательная операция вооруженных сил Перу при поддержке соседей. На месте заброшенного города по данным спутниковой разведки воронка больше двадцати метров глубиной и около двухсот метров в диаметре. Уничтожены все руины, сгорели джунгли, которые были на плато. Группы спасателей обнаружили обгоревшие тела на выходе из тоннеля, который вел в Пайтити. Живых свидетелей нет.

Разглядывая своего протеже, император молчал. Молчал и думал.

— Знаете, Алексей Михайлович, у меня сейчас двойственные чувства. С одной стороны, я соболезную вашему горю. Потерять сына в столь запутанной операции — это очень грустно. Наследник, который сложил голову в попытке защитить наши интересы на другом конце земного шара. С другой стороны, я вам предельно ясно дал понять, насколько важно было для престола получить этот артефакт. Имея все необходимые ресурсы, вы отнеслись к порученному делу буквально спустя рукава. Со всеми вытекающими последствиями…

Конечно. В том случае, когда руководство не получает желаемого, начинают слетать погоны. Особенно с подчиненных, попавших в опалу. Под Драбицина старшего копают с момента, как он занял этот пост. И, похоже, у недоброжелателей скоро будет праздник.

— Прощу прощения, Ваше Величество, но я приложил все необходимые силы. К сожалению, о том, насколько ситуация серьезна, удалось узнать поздно. Учитывая запрет на привлечение внимание наших конкурентов из САСШ и Европы, я не решился на проведение силовой операции.

— Я читал ваш утренний доклад. И предыдущие тоже читал… Что же, можете быть свободны. Я назначу время следующей аудиенции позже.

Понятно. Уже не звонок по выделенной линии, всего лишь аудиенция. Практически финальный звонок перед последним актом. Хотя, этого следовало ожидать. Небольшая пенсия, крокодиловы слезы о подорванном здоровье и какая-нибудь попсовая медаль вместо плевка в спину. Списывать окончательно вряд ли станут, оставят в качестве консультанта. Но из большой политики постараются вытолкать пинками. Что же, у императора нет друзей рядом с троном, только единомышленники. А их можно и сменить, если выбран другой курс или венценосный владыка сочтет нужным провести чистку.

— Слушаюсь, Ваше Величество…