И тогда я точно не смогу спасти их от отчисления. Что же они наделали, дурни? Три месяца до диплома осталось. Три месяца!
– А с Бесо что будет? – шёпотом спросила я, продолжая удерживать дверь.
Девушки пытались её открыть, но особо не упорствовали.
– На десять суток в подвал кланового дома пойдёт в любом случае. – Сокол дождался ответа от Трура и сосредоточился на его отражении в зеркале. – Приветствую. Тут такое дело…
– Мы ничего не крали, – слабым голосом сказал Кондр. Остальные герои уже сидели на скамейках и головы больные не могли из ладоней поднять. – Сами сделали, не велика наука. Бутылку Трур выбросить хотел, у неё горлышко со сколом, а этикетка старая осталась.
– Тогда я их в лазарет заберу, – округлил глаза Нест. – Мало ли чего намешали.
– Подожди, – поморщился глава охраны. – Трур, пересчитай свои бутылки с самогоном, пожалуйста. Не пропало ли несколько штук?
– Я ничего не понимаю, но сделаю, – сонно пробасил кузнец-оружейник.
В его мастерской ребята делали мебель, пока мы всем приютом прятались на территории клана от Паучихи.
– Мы одну взяли, – упорствовал Кондр. – Разбитую, выброшенную. Ингредиенты сами купили. На свои серебрушки. Честно заработанные.
– Я же говорю орлы, – кивнул Сокол. – А теперь быстро кольцо-артефакт на палец надели и показали, меняет ли камень цвет.
Определитель яда пошёл по рукам. Мальчишки почти не дышали и стыдливо отворачивались, пока Нест выносил тазики. Окно я открыла настежь и воздушной волной выгоняла запах. Какое счастье, что сегодня занятий по физической подготовке нет. Раздевалка никому не понадобится.
– Девушек можно отпускать, – распорядился Сокол, забирая кольцо. Камень остался зелёным. – Юноши антипохмельного зелья выпьют и будут в порядке. Нест, спасибо. Ты тоже можешь возвращаться на пост.
– Рад стараться, лин Сокол, – ответил он заученной фразой, пожелал мне светлых дней на прощание и ушёл.
Мису и Эрику я проводила до двери, не давая возможности снова броситься на защиту друзей.
– Завтрак скоро, Сара на кухне с ума сойдёт без помощников. Да и дети из-за трёх дураков не должны остаться без праздника. Идите готовьтесь.
– А как же парни? Что с ними будет? – наперебой спрашивали воспитанницы, но я решительно оттеснила их в коридор.
– Потом расскажу, идите.
Вот что будет? С одной стороны мне их жалко до слёз, а с другой, на всю жизнь должны запомнить, что пьянка до добра не доводит. Как вообще отважились? Все трое из неблагополучных семей. Неужели никогда не видели пьющих родственников или соседей?
“Видели, – поняла я. – Но вывод, что все взрослые пьют, значит, и я после первой пьянки стану взрослым, оттуда и взялся”.
Сокол вернулся из душевой, налив в свою фляжку воды, и теперь сидел на противоположной от ребят скамейке. Антипохмельное зелье напоминало сахар, подкрашенный чем-то зелёным. Глава охраны высыпал его во флягу и передал залётчикам с рекомендацией тщательно взболтать перед употреблением.
– Лина Амелия, – Бесо не поднимал взгляд, – простите, мне очень стыдно.
– Это хорошо, но я всё равно должна вас наказать. Всех троих, хоть ты теперь и подчиняешься Магнусу.
– Главный инструктор добавит, – вполголоса заметил Сокол и приложил палец к губам, давая знак, что будет молчать до конца разговора.
Бывший помощник лины Хельды окончательно сник. Сидел разбитый и раздавленный чувством вины. Но его положение было лучше, чем у друзей. Аттестат он уже получил, а из Клана Смерти никого не отчисляли.
– Итак, я забираю своё разрешение покидать школу на выходные, чтобы работать в мастерской.
Кондр чуть не поперхнулся зельем, а Дайс застонал. Прекрасно. Значит, я не целясь, попала в самое больное место.
– Всё свободное от занятий время вы будете убирать школу. Вдвоём. С ведрами, тряпками и швабрами в руках.
– Да я всю посуду перемою и огород на заднем дворе вскопаю, только отпустите в мастерские, – взмолился Дайс. – Хотя бы на полдня.
– Нет, – отрезала я, напомнив себе, что должна быть твёрдой. – Кроме того, вы не идёте на праздник и я запрещаю тебе, Бесо, появляться в школе до самого выпуска ребят.