Над облаками солнце, яркий свет.
Облака делят мир на две части: сумрачную и сияющую.
В сумрачной части находится «Земля Одного Человека» — палатка, приборы, елочка, но теперь здесь появилось еще одно странное сооружение — металлическая вышка.
Ажурные и блестящие стержни, переплетаясь, уходят в облака.
Тихо, строго и неподвижно кругом.
Но вот в белых облаках появляется темное пятнышко, оно пробивает облачную завесу и падает на землю.
Это один из двух собачьих унтов Дроздова.
Спустя некоторое время точно таким же образом на земле рядом с первым появляется и второй унт.
Оба унта обращены подошвами кверху, и возникает тот самый рисунок, в отношении которого еще недавно никак нельзя было решить, что же это такое: наскальные знаки древних, восьмерки с неким символическим смыслом или ароматные дыни?
Рядом с унтами появляется и меховая шапка Дроздова.
А вот и сам Дроздов, он торопливо взбирается по стержням вышки, и ему жарко. Он в носках, в трусах и в майке, но ему все равно жарко.
Иногда он останавливается, смахивает пот с лица и снова карабкается вверх, вверх. Вот он в густых облаках.
Вот он в облаках разреженных.
Вот он в мире заоблачном, где так щедро, при полном отсутствии каких-либо теневых сторон окружающей действительности, так свободно и раскованно сияет солнце.
Наконец, оказавшись на самом верху металлической вышки, Дроздов оказался и рядом с Солнцем — рукой подать.
Дроздов вздохнул и сказал:
— Если хорошенько вспомнить, никто никогда не достигал Солнца... Зато каждому, кто пытался его достигнуть, всегда оставалось чуть-чуть...
Сказав это, он заметил на металлической вышке горизонтальную стрелу подъемного крана. Он стал командовать — «майна», «вира», — а стрела стала вращаться вправо и влево, задирать свой хобот, опускать его вниз. На конце стрелы поскрипывали блоки, по блокам бежали тросы, погружаясь в непроницаемо-плотный облачный покров.
А ниже облаков, на Земле кран проделывал созидательную работу: поскрипывая на морозе, тросы подавали и вплотную один к другому быстро устанавливали стеклянные сферические сегменты, опоясанные по периметру металлическим каркасом.
Минута, и эти сферы составили замкнутую окружность.
Как раз ту самую, которую вычертил на снегу Дроздов, вдоль которой он совсем недавно написал: «Земля Одного Человека».
Кран продолжал свою работу по-прежнему размеренно и быстро.
Над первым рядом сфер уже смонтирован второй.
Над вторым третий.
Из-за облаков доносится уверенный голос Дроздова:
— Право! Лево! Майна! Вира! Право! Лево!
Поскрипывают на морозе блоки и тросы. Позванивают при соприкосновении друг с другом строительные детали-сегменты.
Уже выявляются контуры всего сооружения: это будет купол.
Когда один над другим было воздвигнуто пять блестящих и совершенно идеальных в своих очертаниях стеклометаллических сферических сегментов, кран вдруг остановился.
Дроздов еще покричал: «майна!», а главным образом «вира!», однако довольно скоро понял, что ему не остается ничего другого, как действовать. Решительно и смело.